elrond1_2eleven (elrond1_2eleven) wrote,
elrond1_2eleven
elrond1_2eleven

Categories:

Акаллабет (0)

Хоть перевод Акаллабет и лежит уже год под меткой „Толкиен по-русски“, но то мы будем считать всё же черновиком.

Акаллабет. Падение Нуменора

Элдар рассказывают, что Люди появились в мир во времена Тени Моргота, и быстро попали под власть Врага. Моргот разослал среди Людей своих подручных, а новое Племя сполна услышало его лживые слова и, боясь Тьмы, всё же ей покорилось. Но были и другие, кто чувствовал, что есть зло, а что добро, и те пошли на запад, услышав, что там есть Свет, который для Тьмы неуязвим. С горячей ненавистью преследовал Моргот те племена, пересекавшие Средиземье суровыми и трудными путями, но, несмотря ни на что, Люди пришли к Морю, и в Белерианд вступили во время Войны за Камни. Синдар назвали тех Людей Эдайн, союзниками всех Элдар, которые стяжали славу доблестью в той войне.
Со стороны отца своего Человеком был славный Эарендил. В „Сказании об Эарендиле“ поют, как во дни почти полной победы и триумфа Моргота он построил корабль Вингилот, Людьми называемый Ротинзилом, и отправился в неизвестные дотоле моря на поиски дороги в Валинор. Эарендил желал предстать пред Силами и, говоря от имени Двух Племён, пробовать найти у Валар жалость и помощь в отчаянном положении Свободных Народов. Тяжким путешествием сквозь опасности обернулся тот поход, но Эарендила называют Благословенным за то, что он достиг своей цели. Из Валинора прибыла Армия Запада, самому же Эарендилу в Страны Смертных, на родину свою, не разрешили возвратиться.
В Великой Битве, когда была разгромлена армия Моргота и снесён Тангородрим, из всех Племён Людей на стороне Валар воевали только Эдайн, а остальные были в рядах Моргота. И после Победы Запада те злые Люди, кто остался в живых, бежали обратно на Восток, где их сородичи по-прежнему бродили в невозделанных землях, безначальные и дикие, отказавшиеся и от Валар, и от Врага. Остатки племён Моргота оказались среди тех Людей, и стали среди них королями, сумев внушить мирным охотникам страх. Валар тогда решили позабыть совершенно тех, кто к ним не примкнул, а тем более взял в правители слуг Моргота. Во тьме жили те племена, изнуряемые злыми питомцами Врага: демонами, драконами, испорченными зверьми, Орками — жутким изуродованным Племенем Потомков Илуватара. И жизнь тех Людей была тяжёлой, полной страха и печалей.
Манве изгнал Моргота за Стены Мира во Внешнюю Пустоту, откуда он не может возвратиться живущим, сильным и видимым. Короли Запада по-прежнему на тронах, но зёрна, посеянные Врагом, растут до сих пор и приносят плод богатый, если находится желающий их вскормить. Воля Моргота сохранилась в чёрных душах его слуг и рабов, ведя их противодействовать любым делам Валар и уничтожать все Племена, которые признают Королями Валар, и Валар это известно более чем хорошо. Выгнав Моргота, они обсудили устройство будущих Эпох. Элдар всех до единого они призвали на Запад, и те, кто согласился, отправились на остров Тол Эрессёа, где построили порт Аваллоне, из всех городов к Валинору самый ближний. Башня Аваллоне — первое, что видит мореплаватель, приблизившийся к Бессмертным Странам. А Отцы Людей — все три их Племени — были щедро награждены. Эонве явился среди них, чтобы научить их Мудрости, силе и жизненному духу крепкому — крепче, чем дан всем другим Смертным. И для Эдайн приготовили Валар страну, чтобы была уже не в Средиземье, но ещё и не в Валиноре, отделённую отвсюду Морем. Из глубины Океана поднял её Оссе, укрепил Ауле, а Яванна засадила и заселила, а родники нашли и цветы взрастили там Эльфы с Тол Эрессёа. Назвали Валар тот остров Андор — Подаренный. Ярко необыкновенно засияла на Западе Звезда Эарендила, когда всё стало готово, и Мореплаватель вёл свой народ через Белегайр и ночью, и в свете дня серебряным огнём ярче Солнца.
Подняв паруса, Эдайн следовали за Звездой с попутными ветрами, посланными Манве, по мирному Морю, укрощённому для них Уинен. На ярком свету волны блистали пред глазами, словно жидкий бриллиант, и снежно-белая пена летела из-под форштевней их кораблей. Безлунными ночами в небе был виден только Ротинзил, ибо другие старые звёзды не могли тягаться с сиянием Эарендила. Миновав сотни лиг обширного Моря, Эдайн увидели золотым утром готовый для них Андор. Страна для них богата была плодами и красотой. Назвали её Эленна — Звездою Найденная, и, что более известно, Анадуне — Вестернессе, а на Древнем Языке — Нуменор.
Так начались дни Племени, называемого на Синдарине Дунедайн, или на Древнем Наречии Нуменоридами, или просто — Королями Среди Людей. Тем не менее, уплыв из Средиземья, Люди не ускользнули от Судьбы Человеческой, которую постановил им Илуватар, остались по-прежнему смертными, хотя жизни их были длинны и проходили без болезней первое время. Кроме долгих своих лет Нуменориды получили и сходство с Перворождёнными: стали высоки, выше любого другого Племени Людей, и звёздный свет сиял в их глазах. И в другом походили они на Эльфов — дети с каждым поколением рождались красивее родителей, но было их немного, и население Вестернессе росло неспешно.
Столица и гавань Нуменора была расположена на западном берегу, точно посередине, и называли её Андуние, поскольку стены её смотрели в лицо заходящей Солнцу. В глубине страны росла крутая и высокая гора Менельтарма — Столп Небес, на котором устроили открытую площадку, посвящённую Илуватару, а больше святилищ в той стране не было. У подножия горы построили кладбище Королей, а к склонам её прилепился Арменелос, красивейший из всех городов Смертных за всю их историю. Находилась там крепость и башня Эльроса сына Эарендила, которому Валар назначили быть Первым Королём Дунедайн.
Следует сказать, что братья Эльронд и Эльрос были одновременно потомками и всех Трёх Племён Эдайн, и Элдар разных родов — от Идриль и Тингола, и даже Майар через прабабку их Лютиен. Валар не дозволено отстранять от Людей смерть — Дар Илуватара — но в отношении Наполовину Эльфов Манве может решать, и Король Арда счёл, что сами они должны определить, в каком Племени Потомков зачтётся им всё. Эльронд остался с Перворождёнными, и вечная жизнь их стала его уделом, и уделом всех детей его. Эльрос, перейдя к Людям, получил от Валар хотя и конечный, но огромный срок жизни — пятьсот лет, из которых правил он Нуменоридами четыреста десять. И все потомки Эльроса — Короли Нуменора — жили долго даже по меркам Дунедайн.
Шли века. Средиземье ползло неспешно и необоримо назад, к забвению мудрости и света, а Вестернессе под покровительством Валар и с дружбою Элдар процветало, и Нуменориды росли над собой с каждым днём. Используя в обиходе своё наречие, знатные Люди, особенно королевского рода, изучали и Синдарин, чтобы говорить с Элдар с Тол Эрессёа и с побережий Средиземья. А летописцы и просто охочие до Знания осваивали Древний Язык, которым пользуются и в Валиноре. Таким образом, изобретя сначала свои буквы, потом свитки, а потом и прошитые книги, Нуменориды перевели и записали Историю и прекрасные древние песни. Работа эта, проделанная в дни процветания Нуменора, ныне потеряна вся до последнего листка. Наряду с обыкновенными именами Короли Нуменора пользовались эльфийскими, и называли города, места, реки и горы в Вестернессе и Средиземье двояко.
В искусстве ремесленного труда Дунедайн были сильны, и выковать оружие и повоевать всех злых Людей для них ничего бы не стоило. Тем не менее, были Нуменориды удивительно миролюбивы. Развивали они особенно страстно искусство навигации и кораблестроения, пока не стали мореплавателями, которым равных среди Смертных не было и не будет, поскольку мир с тех пор давно побледнел. В морских путешествиях находили Дунедайн удовольствие и развлечение юности, охочей до приключений.
Валар ограничили их только в одном — заплывать на запад не дальше, чем в виду своих берегов, и очень долго это правило стояло неколебимо, хотя и осталось непонятным. Манве решил такой границей оградить Людей от искушения поисков Благословенного Королевства, чтобы они не пожелали недостижимого — жить без конца в стране Элдар и Валар, где всё бессмертно и неизменно.
Да, Валинор тогда был ещё в осязаемом мире, который мы называем реальным, и Илуватар велел Валар жить там, чтобы Земля знала, каково могло бы стать Арда без Тени, наброшенной на него Морготом. Это было Дунедайн известно, и в ясную погоду на рассвете с высоты Менельтарма или с мачты корабля, заплывшего до Западной Границы, различали они вдали белый сияющий город-порт, увенчанный башней. Удавалось то лишь самым зорким, хотя Нуменориды видели вдаль много лучше остальных. Мудрые среди них, конечно, понимали, что видеть можно лишь Аваллоне, но никак не Валинор.
Из Аваллоне и прибыли к Нуменоридам Перворождённые. Словно белая стая птиц пришла с западным ветром на берега острова — то паруса над безвёсельными их лодками засияли над песком в прибое. Немало получили Люди даров от Эльфов — певчих птиц, ароматных цветов и удивительных по скрытой силе растений. И дороже всего было семечко Келеборна, Белого Древа Эрессёа, которое, в свою очередь, пришло семечком Галатилиона Тирионского, меньшей копии Тельпериона, подаренной Эльфам Яванной. Нимлот росло во дворе Короля, цвело по вечерам, и ночь была благословенна его ароматом.
Из-за Границы Валар Нуменориды в странствиях своих держали путь на восток, исследуя Море от тьмы Севера сквозь Раскалённый Юг к тьме нижней. Заплывали они во внутренние моря, исследуя берега Средиземья, и даже Двери Утра видели на Востоке перед своим бушпритом. Временами они высаживались на берег, а владетельные Нуменориды, сочувствуя бедам Людей в Тёмные Века, специально плавали в Средиземье к тем слабым и устрашённым народам. Они очень много им привезли: злаки, виноград и другие растения, научили их пахать, сеять, растить и жать хлеб, тесать дерево и камень, и жизнь свою, устраивать и приводить в порядок, насколько возможно было то для столь коротких и бестолковых народов, как считали сами Дунедайн. Постепенно в Средиземье, где они высаживались, забыли страх пред темнотой, вывели тварей Моргота, вырубили дикий лес. А память о рослых Королях Моря сохранилась надолго, называли их богами, и ожидали всегда их возвращения, поскольку плавали Нуменориды на восток, а оставались сердцем на западе, и в Средиземье поначалу долго не жили и городов не строили.
То желание с годами не ослабевало, и Нуменориды хотели быть и в бессмертном городе, так редко и далеко видимом, и желание бесконечной жизни, свободы от смерти и от завершения своих лучших дней появилось у них и крепло. Чем выше они поднимались в мощи и безмятежности, тем сильнее росло беспокойство это. Валар дали Эдайн долгую жизнь, но утомление от неё, приходящее в старости, не могли отнять, как не могли лишить их смерти, приходящей в конце того утомления даже к Королям из рода Эарендила. По счёту Элдар даже полутысячелетний век Эльроса был краток. Так затуманились сердца Эдайн. Может быть, и волею Моргота, не покинувшей Арда, то случилось; и сначала в мыслях, а потом и на словах Нуменориды стали восставать против Судьбы Человеческой, а больше против Границы Запада.
— Почему же Короли Запада могут быть там в бесконечном мире своей жизни, а мы должны умирать, уходя в безвестность, бросая дома свои и творения нашего ума и рук? И Элдар не умирают, даже те, кто восстал в своё время против Сил. Мы же избороздили все Моря, и не встретили ещё вод довольно диких или достаточно обширных, чтобы сдержать нас. Почему не плыть в Аваллоне, встретиться с нашими друзьями?
А другие, ещё смелее, говорили даже так:
— А почему бы не отправиться прямо в Аман и не попробовать хотя бы день жить в благоденствии наравне с Силами. Разве не мы — самое могущественное Племя в Арда?
Элдар передали эти слова, и Манве опечалился, поскольку видел теперь в вершине яркого полудня Нуменоридов тёмное и небольшое пока облачко. От себя он отправил в Вестернессе послов, которые, ни от каких вопросов не отказываясь, говорили сначала Королю, а потом и всем желающим, о судьбах и устройстве Мира.
— Изменить Судьбу может лишь тот, кто её назначил и сотворил. Если окажетесь вы так искусны в мореплавании, что приплывёте в Аман, едва ли будет от того польза. Не земля там особа и исключительна, что длит жизнь Манве, Валар и Элдар, а наоборот — мы, бессмертные, сами благословили Аман, и свет наш так горяч и ярок, что вы, словно мотыльки на свече, сгорите там ещё быстрее, чем здесь.
Король ответил им:
— А отец наш Эарендил разве не живёт? Или он не в Аман?
— Ты сам, король, знаешь, что судьба его не человеческая, и причислен он к Перворождённым. И за то также предписано ему в странах Смертных не бывать, и туда не возвращаться. Вы же с предком своим Эльросом Смертные Люди, как предписал Илуватар. И, как мы видим, желаете снять сливки с обеих судеб — плыть, когда вам угодно, в Валинор, и возвращаться сюда, как благорассудите. Тому не быть! И Валар отнять у вас Дар Илуватара не могут. Элдар почему-то вы считаете ненаказанными бунтарями, которые даже после восстания бессмертны. Только не видите почему-то, что то — не благодарность нам и не наказание, а самая суть бытия. Элдар не дано избегнуть пути этого мира никоим образом, мы не можем покинуть его, и прикованы к Эа до конца его существования, ибо нашей жизни отдельно от Эа нет. Себя вы считаете наказанными за какой-то бунт Людей, подчинение их Врагу, в котором вы, разумеется, неповинны, но огульно обвинены. Но смерть — не наказание! Это ваш лаз прочь отсюда, слабое звено в оковах, которое размыкается всегда в должное время и отпускает вас, и если вы счастливы, и, особенно, когда потеряли всякую надежду. Так кому же пристойно завидовать?
Нуменориды возражали:
— Почему нам не завидовать Валар или даже вам? Людям даны слепая вера и никем не подтверждённая надежда, и не позволено заглянуть даже на три шага вперёд. Ведь мы любим землю не меньше вас.
— Мысль Илуватара о вас вовсе не известна Валар, да и сами Силы не знают до конца, что ожидает мир в будущем, что ждёт их самих. Единственное, что известно нам наверняка: дом вашего Племени не в Аман, и нет его ни в одном Круге Мира. Судьба Человеческая в том, чтобы расставаться, и изначально она была Илуватаровым подарком, и стала пугающей и нежеланной лишь после того, как Моргот покрыл тенью ваши души, внушил, что вокруг вас лишь Тьма беспросветная, которой нужно бояться. Тогда вы, гордые в испуге, стали цепляться за жизнь так крепко, что приходилось силой отрывать вас. Нам, которые несут на плечах вериги Истории и печали мира, удлиняющиеся и растущие с каждым часом, такого не понять. Но раз, как вы говорите, то беспокойство о смерти к вам вернулось, мы полагаем, что Тень вновь поднимается даже над не покорившимися ей в первый раз, даже над теми, кто доблестно сражался с нею. И будь вы хотя бы и Дунедайн — лучшее племя Смертных и сильнейшее — мы говорим: „Берегитесь!“ Нельзя превозмочь волю Эру. Валар искренне просят вас это помнить, чтобы свободный уговор вашей Чести не стал вновь оковой и узами Силы. Думайте о том, что каждое ваше желание будет, в конце концов, исполнено, ибо любовь к Арда в вас от Илуватара, который зря ничего не делает. Видимо, не одна Эпоха ещё минует, прежде чем станет понятна его цель, но когда откроется это, узнают не Валар и не Элдар — узнаете вы!
Разговоры начались в дни Тар-Кирьятана Флотостроителя, и при сыне его Тар-Атанамире, людях гордых и златолюбивых. На народы Средиземья они наложили дань, забирая теперь больше, чем принося. Эльфы прибыли к Тар-Атанамиру, тринадцатому Королю, ко времени которого Нуменор существовал уже боле двух тысяч лет и пришёл, по крайней мере, к зениту благоденствия, если не вершине силы. Посланники Манве Атанамиру не угодили, и к их словам он прислушался, но не одобрил, и немалая часть Нуменоридов была с королём солидарна. Они хотели жить нынешним днём, а не надеяться на будущее. Атанамир прожил очень долго, цепляясь за жизнь больше, чем все Нуменориды до него, до полного бессилия, и с трона не сходил, пока не потерял разум. До него в обычае Королей было передавать власть сыновьям, когда они достаточно вырастут, и оставлять скипетр, находясь в твёрдой памяти. Правили они, тем не менее, долго, поскольку женились поздно.
Тар-Анкалимон сын Атанамира наследовал трон и образ мысли отца. И в его дни Нуменориды разделились. Бо́льшая часть, называемая Королевскими Людьми, разделяли взгляды правителя и от Элдар и Валар в гордости своей удалялись. И небольшой народ, названный Элендили — Друзья Эльфов, которые, разумеется, против Короля из рода Эльроса не восставали и во всём ему покорялись, но желали сохранить добрые отношения с Эльфами и прислушивались к советам Королей Запада. Тем не менее, даже они, называемые Верными, не избегли общей тревоги Нуменоридов — мысли о смерти.
Так и подточено было благоденствие Нуменоридов, хотя продолжали расти их сила и богатство. Короли не потеряли чутья и мудрости, и, хотя не дружили больше с Валар, продолжали их почитать и бояться. Никто ещё не смел нарушать Границу и заплывать дальше, чем положено, и большие их корабли по-прежнему отправлялись на восток.
Тем временем страх смерти овладевал умами всё сильнее. Силы телесные Нуменориды стали тратить на каменные склепы для покойников, а умные люди проводили время за поисками способов и снадобий, возвращающих жизнь, или хотя бы немного её продлевающих. И Нуменориды преуспели, как и во всём, чтобы они ни делали: искусство сохранять в лучшем виде человеческое тело возросло среди них необыкновенно, а страну наводнили могучие гробницы, напоминая на каждом шагу о завершении телесного существования. Действие на умы это оказало быстрое и обратное — Нуменориды стали охочи до удовольствий и страстей, до неги и богатства. Именно при Анкалимоне прекратился обычай даровать Эру первые плоды урожая, а на священную гору Менельтарма к Благословенной Площадке стали приходить совсем редко.
В то же время Нуменориды построили первые свои поселения на берегах Средиземья, поскольку на острове осталась для них лишь скука и беспокойство, и страна будто поблекла или померкла под тенью их мыслей. Запад стал им недоступен даже в греемых надеждою мечтах, и они отправились со всем своим желанием богатства, силы и власти на восток, в старые свои владения. Воздвигли обширные порты и крепкие башни фортов, нужные не учителям и помощникам теперь, но вождям, повелителям и сборщикам дани. Гнались широкопарусные корабли на Восток, и никогда не возвращались пустыми, но наполненными доверху. Богатство Королей было теперь неизмеримо, одевались они в серебро и золото и пировали без конца.
Друзья Эльфов в том мало участвовали. Их дорога, и только их, была по-прежнему на север, к Гил-галаду, чтобы помогать Эльфам в их борьбе с Сауроном. Гавань Элендили — Пеларгир на Андуине Великом. Люди Короля плыли в то время гораздо далее на восток. Основанные ими колонии и города-крепости оставили след свой в умах Людей на несколько Эпох.

Tags: Сильмариллион
Subscribe

  • Пара столов, часть 1 - подстолья

    Люблю столы, потому что это рабочие поверхности, и люблю, соответственно, столы большие. И люблю столы прочные, потому что вся ламповая техника,…

  • Ящик модульный с крышкой

    Уже больше десяти лет назад я выработал себе стандартный модульный ящик 1×1×1 размерами 150×200×400, исходя из которого делал…

  • Заточное всякое

    Есть у меня (очень хотелось бы написать „у нас“, но дед умер) старая-старая и довольно задрипанная тумбочка, которая испокон веков…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments