elrond1_2eleven (elrond1_2eleven) wrote,
elrond1_2eleven
elrond1_2eleven

Categories:
  • Mood:
  • Music:

Властелин Колец (4, 6)

Глава VI. Запретное Озеро

Фродо проснулся, когда Фарамир склонился над ним, и, резко отстранившись, сел.
— Бояться нечего.
— Уже утро? — Фродо зевнул.
— Нет. Ночь только тянется к концу, а луна заходит. Послушайте! Есть кое-что, в чем я не могу разобраться сам, хотя мне жаль вас тревожить.
— Хорошо, — Фродо поднялся, поёживаясь после тепла постели. В пещере было холодно, и в ночной тишине вода текла довольно шумно. Фродо завернулся в плащ.
Сэма подняла его чуткая наблюдательность. Он сначала заметил, что постель Фродо пуста, а потом увидел силуэты на фоне залитой светом арки. Занавесь превратилась в полог из шёлка, с жемчугом и полосами серебра в тающем и текучем лунном свете. Сэм не задержался любоваться, а поспешил вслед за тенями мимо воинов в дверь. Сначала оттуда потянулся узкий коридор, а потом мокрые ступени повели на небольшую площадку, залитую светом из длинной шахты. Две лестницы тянулись оттуда. Одна в том же направлении, на высокий берег речки, а другая налево, по которой они и отправились. Проход был извилист, словно винтовой.
Они вышли из темноты каменных щелей на большую плоскую скалу безо всякого парапета. На востоке, справа, водопад стекал по ступеням в узкое пенистое русло под их ногами, а потом ниспадал с отвесного берега слева. Там неподвижно стоял Человек, всматриваясь вниз.
Фродо присмотрелся сначала к струям воды, а потом поднял голову. Перед зарёй мир был спокоен и холоден, далеко на западе заходила полная луна, туманы светились в большой долине внизу, а под ними катился Андуин. Ещё дальше было совсем темно, и только остро и холодно, белые, словно привидения, светили вершины Эред Нимраис, Белые Горы Гондора, покрытые вечными снегами.
Фродо содрогнулся, подумав, бредут ли там, по огромной шири земли, его спутники, или лежат они мёртвые. Зачем он здесь, после забвения сна?
Сэм задавался тем же вопросом, и не удержался от шёпота, адресованного, как он думал, только Фродо: „Есть на что посмотреть, мистер Фродо, но слишком холодно на сердце становится, не считая уж костей. Что происходит?“ Фарамир его услышал.
— Закат над Гондором. Итиль покидает Средиземье, рассматривая напоследок старый Миндоллуин. Стоит, пожалуй, короткой дрожи. Я вас привёл не для этого. Кстати, Сэмвиза я вообще не приглашал. Это ему воздаяние за чуткость. Посмотрите!
Фарамир подошёл к неподвижному стражу, Фродо последовал, а Сэм, ощущая неуверенность в ногах на мокрой площадке, вернулся. Вода стекала в через узкое горло в овальный бассейн, а потом через сток утекала из виду, шумя и пенясь. Луна ещё подсвечивала пруд, и Фродо, наконец, заметил тёмную фигуру, в тот же момент исчезнувшую вблизи водопада, рассекая воду быстро и ровно. Фарамир сказал.
— Что скажете, Анборн? Белка, или зимородок? Есть ли в Чернолесе чёрные зимородки?
— Это не птица. У него четыре лапы, и ныряет оно, словно человек. Что оно делает? Хочет пробраться вверх через Окно к нашим убежищам? Похоже, нас обнаружили. У меня с собой лук, и другие хорошие лучники рядом ждут только вашего позволения, капитан.
— Стрелять ли нам? — спросил Фарамир.
— Нет, — Фродо ответил не сразу. — Пожалуйста, не надо.
Если бы Сэм осмелился, он крикнул бы „Да“ сразу и погромче. Он не видел, но сполна понял по словам.
— Нет, — Фродо повторил. — Не надо.
— Значит, вы знаете, что это такое? Тогда расскажите, почему его стоит сохранить. Вы ни разу не упомянули своего необычного спутника, и я оставил всё, как есть. Я посылал лучших охотников, но он ускользнул от них, и видел его доселе только Анборн вчера вечером. Но это создание теперь совершило нарушение гораздо худшее, чем ловля кроликов в холмах. Оно пришло к Хеннет Аннун, и расплатой будет его жизнь. Я удивляюсь: столь скрытный и хитрый, он приходит к озеру под самым нашим окном. Думает, что ли, Люди спят здесь без дозорных? Почему он так поступает?
— Есть две причины, — сказал Фродо. — Сколь бы ни был он хитёр, Людей он знает очень плохо, а ваше убежище слишком хорошо спрятано. К тому же, его тянет сюда властное желание, что будет сильнее осторожности.
— Тянет? — заметил тихо Фарамир. — Он знает?
— Знает. Носил сам очень много лет.
— Он? — резко отозвался Фарамир. — Снова загадки! Он хочет вернуть?
— Возможно. Но лучше помолчим об этом.
— Что же он тогда ищет?
— Рыбу.
Они всмотрелись. Голова выглянула из дальнего конца пруда, потом быстрый водоворот, и необычайно ловко этот похожий на лягушку взобрался по берегу, жуя серебристую рыбку. Луна ещё светила, и расходились блёстки. Фарамир рассмеялся.
— Только рыба. Не самая опасная из страстей. Но рыбка из Хеннет Аннун может стоить всего, что он в состоянии дать взамен.
— Я держу его на прицеле, — сказал Анборн. — Стрелять, капитан? Для пришедших сюда без позволения уготована смерть.
— Подожди. Здесь не самый простой случай. Фродо, каковы причины его сохранить?
— Он жалок, голоден и не осознаёт угрозы. Гандальф, то есть по-вашему Митрандир, попросил бы вас не убивать его ни за это, ни по другим причинам. Он и Эльфам запрещал. Я не знаю, почему, а догадки оставлю при себе. Это существо со мной связано. Он нас вёл.
— Проводник! Ещё необычнее. Я ради вас готов на многое, Фродо, но не могу позволить этому изворотливому созданию бродить здесь свободно, чтобы присоединиться к вам снова, или попасть к Оркам, где из него всё вытянут. Его необходимо либо убить, либо пленить. Убить, если нельзя поймать быстро. Но каким образом его взять, кроме как стрелой?
— Дайте мне спуститься, — сказал Фродо. — Натяните луки и пристрелите меня, если вам будет необходимо. Я не убегу.
— Быстро! Если он выберется оттуда живым, будет обязан вам всеми своими днями, сколько их ему ещё отведено. Анборн, проведите Фродо вниз тихо. У него очень остры все чувства. Дайте лук.
Анборн проворчал что-то, спустился по витой лестнице, а с площадки пошёл наверх по другой, открывшейся в густых зарослях. Фродо оказался на вершине южного берега прямо над озером. Стало темно, и воды отражали только слабый отсвет западного неба, где только что зашла луна. Голлум был невидим. Фродо пошёл первым, Анборн — позади.
— Вперёд! Осторожнее только, смотрите вправо. Упадёте в озеро — помощь придёт только от вашего друга-рыбака. Не забывайте о лучниках, их не видно, но они наготове.
Фродо пробрался вперёд манером Голлума — нашаривая путь руками. Камни были в основном плоские, но скользкие. Он прислушался. Неизменный говор водопада позади, а потом недалёкое бормотание.
— Рыба, вкусная рыба. Белая Морда наконец ушла, прелесссть, можно спокойно есть рыбу. Нет, прелессть, не спокойно! Прелести нет, нет! Грязные хоббиты! Ушшшли, бросссили нас, голлум. Прелести нет. Бедный Смеагол — один. Нет Прелести! Будь они прокляты, Люди. Возьмут! Украдут мою Прелесть! Воры. Ненавидим! Рыба, сладкая рыба! Даёт нам крепость. Блеск глазам, силу пальцам. Задушить их, прелесссть! Всех, есссли будет возможно. Рыба, хорошая рыба...
Нескончаемый разговор нарастал, как водопад, прерываемый только иногда хлюпаньем и чавканьем. Фродо содрогался от жалости и отвращения. Как желал бы он никогда не услышать этот голос снова. Анборн недалеко. Можно вернуться, и он скомандует стрелять. Его охотники могли подобраться близко, пока Голлум, насыщаясь, утратил осторожность. Меткий выстрел, и Фродо избавится от этого голоса навсегда. Нет, Голлум обладает над ним правом. Как и любой слуга над своим хозяином, даже взятый на службу испугом. Они пропали бы на Болотах без него. Фродо ясно понимал и то, что Гандальф не допустил бы.
— Смеагол!
— Рыба, сссладкая рыба...
— Смеагол!
Голлум оборвал монолог.
— Смеагол, хозяин тебя ищет! Хозяин здесь.
Ответ — шипение.
— Ну, Смеагол, иди сюда. Люди тебя убьют. Быстро вернись!
— Нет! Нехороший хозяин. Бросил бедного Смеагола, едва найдя новых друзей. Хозяин подождёт.
— Некогда. Забирай рыбу и иди.
— Нет! Ещё есть рыбу.
— Смеагол! — Фродо опешил. — Прелесть рассердится. Я возьму и скажу: пусть он подавится костью. И ты никогда не попробуешь больше рыбы. Прелесть ждёт!
Шипение. Голлум подошёл на четвереньках с видом собаки, которой вдруг крикнули „Рядом!“ В зубах у него была недоеденная рыба, в руке — другая. Сопя, он подошёл к Фродо нос к носу, а потом выпрямился.
— Хороший хозяин! Добрый хоббит возвращается к бедному Смеаголу. Хороший Смеагол приходит. Пойдёмте скорее, да, быстро. Через лес, пока ни одной Морды нет. Да, пойдём!
— Мы пойдём скоро, но не прямо сейчас. Я буду с тобой, как и обещал. Обещаю это вновь. Ты в опасности, и я тебя спасу. Только доверяй мне.
— Довериться хозяину? — Голлум был в сомнении. — Почему? Почему не сейчас? Где грубый хоббит?
— Наверху, — Фродо указал на водопад. — Я без него не пойду. Вернёмся.
Фродо совсем упал духом. Фарамир, разумеется, не позволит убить Голлума, но, вполне возможно, свяжет его. И, несомненно, все его, Фродо, действия предателю Голлуму будут казаться обманом. Будет почти невозможно убедить его, что Фродо спас его жизнь самым надёжным способом. А что делать? По возможности оставаться честным с обоими.
— Идём! Рассердишь Прелесть! Иди первым вверх по реке.
Голлум крался у самого края воды, подозрительно принюхиваясь, а потом замер.
— Там кто-то есть. Не хоббит, — и Голлум вдруг отскочил, сверкнув зеленью. — Хозззяин! Злой! Лжец! Обманщщик! — Голлум плюнул и вытянул руки, шевеля пальцами.
Анборн поднялся над ним, словно башня, и схватил у основания шеи. Сырой и склизкий Голлум мгновенно извернулся, словно угорь, кусая и царапая. Ещё два человека выскочили из темноты.
— Смирнее! Не то будешь похож на ежа, весь утыканный стрелами.
Голлум ослаб и стал скулить, а Люди его связали.
— Мягче с ним! — сказал Фродо. — Не ему с вами тягаться, не причиняйте боли. Он будет тогда гораздо спокойнее. Смеагол! Они с тобой ничего не сделают. Я буду рядом, и пусть убьют меня тоже! Доверяй хозяину!
Голлум плюнул в его сторону. Его подняли, завязали глаза капюшоном и унесли. Фродо шёл рядом, чувствуя себя последней скотиной. Они миновали кусты и лестницами вернулись в пещеру. Засветили несколько ламп, люди просыпались. Сэм посматривал на несомого косо.
— Поймали?
— Да. Точнее, нет, он пришёл сам, доверяя мне, поначалу. Лучше бы его не связывали. Надеюсь, всё будет в порядке, но всё это дело мне крепко не по нраву.
— Мне тоже. Но ничего не будет в порядке, пока существует эта тварь.
Хоббитов пригласили в уголок, где Фарамир сидел в своём кресле. Там зажгли светильник. Он указал хоббитам на стулья.
— Принесите вино гостям и пленника ко мне.
Анборн принёс Голлума, снял с него капюшон и поставил прямо, слегка придерживая. Голлум, щурясь, прикрывал огонёк под веками. С него капало, а вокруг распространялся рыбный запах. Одну рыбину из своего улова он по-прежнему не выпускал из рук. Редкие волосы, больше похожие на гнилую траву, прилипли ко лбу. Голлум хлюпал носом.
— Отпустите нас, пустите! Верёвка причиняет нам боль! Мы ничего не сделали!
— Неужели, — Фарамир смотрел на него проницательно, но совершенно бесстрастно. — Делали ли вы что-нибудь, достойное верёвки, а то и более сурового наказания? К счастью, это ко мне не относится. Ночью вы пришли в место, в котором встречают смерть. Такова цена за рыбу из этого озера.
— Не хочу рыбу! — Голлум бросил её.
— Не в ней дело. Один взгляд на этот пруд карают смертью. Я сохраняю вам жизнь только потому, что Фродо очень просит. От него вы, похоже, заслужили благодарность. Но отвечайте: кто вы, откуда и куда идёте, что здесь делаете?
— Мы потерялись, потеряны! Без имени, без дела, без Прелести. Ничего, пустота! Голод, да, только голод, и несколько тощих маленьких рыбок. А они зовут Смерть! Они ведь так мудры, так справедливы...
— Не слишком мудры, но справедливы в меру мудрости своей. Фродо, освободите его, — Фарамир подал короткий ножик. Голлум понял всё наоборот и с писком повалился.
— Ну, Смеагол! Должен уж мне-то доверять! Отвечай прямо, и будет только лучше, — Фродо перерезал верёвки.
— Подойдите! — велел Фарамир. — Смотрите в лицо мне! Известно это место? Бывали здесь раньше?
Голлум неохотно посмотрел ему в глаза, и взгляд его совершенно потух. Молчание. Голлум опустил голову и, дрожа, ссутулился и ополз почти на четвереньки.
— Не знаем, знать не хотим! Никогда сюда не приходили, и не будем больше!
— Есть запертые двери, занавешенные окна, тёмные комнаты в ваших мыслях, — сказал Фарамир. — Ответ, тем не менее, честен. Это хорошо. Что будет достаточно крепкой клятвой в том, что вы не вернётесь сюда и не укажете пути никому, ни словом, ни делом.
— Хозяин знает, — Голлум покосился на Фродо. — Да, знает! Мы обещаем хозяину, если он нас спасёт, — он подполз к нему. — Спаси нас, добрый хозяин! Смеагол обещает Прелести, честно! Никогда не вернуться, никому не говорить, никогда, прелесссть!
— Этого довольно?
— Мне — да, — сказал Фродо. — Либо поверьте, либо следуйте своему закону. Больше ничего не сделать. Я обещал, что со мной ему не причинят вреда, и не хочу стать обманщиком.
Фарамир подумал.
— Хорошо, я передоверяю вас вашему хозяину Фродо сыну Дрого. Пусть он объяснит, что собирается делать.
— Господин Фарамир! — Фродо отвесил поклон. — Вы не объявили ещё своего решения относительно упомянутого Фродо, который дотоле не может ничего планировать. Решение было отсрочено до утра, которое близко.
— Решено! В моей власти, Фродо, объявить вас свободным во всём Королевстве Гондор, каково оно было в древних границах. Исключая только, что ни вы, ни спутники ваши не придут сюда, на это место, без дозволения. Решение вынесено на один год и один день, и потом теряет силу, если вы не придёте в этот срок в Минас Тирит к Лорду и Правителю Города. Тогда я буду просить его продлить это решение до конца ваших дней. Пока же всякое создание под вашей защитой будет под защитой моей и Гондора. Достаточно?
Фродо снова низко поклонился.
— Мне всё ясно. Предоставляю себя к вашим услугам, если столь властному и уважаемому услуги мои будут хоть немного полезны.
— Это будет большой честью. Принимаете ли вы это существо, Смеагола, под своё покровительство?
— Принимаю под свою защиту! — ответил Фродо. Конечно, для хоббитов подобное решение было чересчур скорым. В Шире потратили бы гораздо больше слов и поклонов. Сэм громко вздохнул, но неодобрение его отнеслось вовсе не к небрежению этикетом.
— Тогда перейдём к вам, Смеагол! — продолжил Фарамир. — Вы приговорены к смерти, но пока вы с Фродо, мы будем ждать. Если же вы будете найдены в Гондоре без Фродо, приговор будет исполнен. И пусть смерть настигнет вас скорее, если будете плохо служить хозяину. Ответьте, куда вы идёте? Фродо называет вас проводником. Куда вы его ведетё?
Голлум промолчал.
— Здесь секретов быть не должно! Отвечайте, или я переменю решение!
Молчание.
— Я за него отвечу. Он привёл меня по просьбе к Чёрным Вратам, но они непроходимы.
— В Неназываемую Страну нет открытых ворот.
— Тогда мы повернули и пошли южной дорогой. Он говорит, что может быть проход около Минас Итиля.
— Минас Моргула! — поправил Фарамир резко.
— Я не знаю точно. Тропа, по-видимому, взбирается на северный склон долины, недалеко от города. Она минует высокий горный перевал и ведёт туда... Ну, вниз...
— Знаете название перевала?
— Нет.
— Кирит Унгол, — Голлум при этих словах прошипел и забормотал. — Не так ли? — спросил у него Фарамир.
— Нет, — пискнул Голлум, словно его ударили. — Да, да, мы слышали однажды название. Но зачем нам имя? Хозяин говорит, должен войти. Значит, нужно пробовать. А других дорог нет, нет.
— Нет других дорог? — Фарамир долго в него всматривался. — Кто же исследовал границы тёмного королевства? Анборн, уведите его. Обращайтесь вежливо, но не спускайте с него глаз. Смеагол, не пытайтесь лезть в водопад. Его острые скалы убьют очень быстро. Покиньте нас с рыбой вместе!
Анборн вышел, подталкивая Голлума перед собой. Занавесь закрыли.
— Фродо, я думаю, ваш поступок неразумен. Не стоит связываться с этим созданием. Оно злое.
— Он не совсем ещё испорчен.
— Может статься, но злоба пожирает его, словно червь. Ни к чему хорошему он вас не приведёт. Расстаньтесь, и я отправлю его к любой границе Гондора по его собственному выбору.
— Нет, он не согласится, и пойдёт за мной, как следует уже давно. Я обещал идти, куда он поведёт. Неужели мне нарушить слово?
— Нет. Я бы этого желал, но всегда проще советовать другому, чем нарушать слово самому. Особенно если этот другой навязал себе спутника во вред. Если же он будет с вами, вам придётся его выносить. Но всё-таки, советую настоятельно — не идите на Кирит Унгол. Он рассказал гораздо меньше, чем знает, я это явно вижу.
— Куда же? Обратно к Чёрным Вратам, к их страже? Почему вы так боитесь даже названия этого места?
— Ничто точно нам не известно. Гондора нет уже давно восточнее Дороги, и никто из нынешних людей не ступал на Тёмные Горы. Мы знаем их только по старым хроникам и свежим слухам. Ужас живёт на перевалах над Минас Моргулом. Упомянув Кирит Унгол, старики бледнеют и обрывают разговор.
Долина Минас Моргул очень давно стала недобрым местом, даже когда разбитый Враг был ещё далеко, а Итилиен оставался нашим владением. Вы знаете, что когда-то это было прекрасное и укреплённое место, Минас Итиль, близнец нашего Города. Его завоевали злые Люди, что были во власти Врага до его падения, и бродили с тех пор без цели и верховной власти. Говорят, ими правили Нуменориды, павшие во тьму и злобу. Враг дал им Кольца и превратил в своих рабов, живых призраков, ужасающих и жестоких. Они завоевали Минас Итиль и наполнили его своей пустотой. Страх без формы и яви живёт у этих стен. Девятеро жили там, готовя возвращение своего Властелина, и получили тогда от него новую силу. Из ворот ужасной крепости выехали Девятеро Всадников, которым мы не в силах противостоять. Не приближайтесь к их твердыне. Вас увидят. Зло там бессонно и полно глаз, лишённых век! Не ходите туда!
— Куда же вы меня направите? Вы не можете перевести меня через горы сами. Но поручением Совета я обязан найти путь, или погибнуть в поисках. Если же я откажусь от пути в самый худший момент, куда мне идти? К Эльфам? К Людям? Идти ли мне с Этим в Гондор, когда Оно свело с ума вашего брата? Как Оно будет жить в Минас Тирите? Два Минас Моргула будут скалиться друг другу над опустошёнными землями!
— Нет, я того не желаю, — сказал Фарамир.
— А что вы мне скажете?
— Не знаю. Я не желаю посылать вас на смерть или пытку. Не думаю, что Митрандир выбрал бы такой путь.
— Его нет, и я должен идти туда, где могу найти дорогу. И на долгие поиски времени нет.
— Да, слишком мрачно предназначение и безнадёжен путь. Тогда запомните: опасайтесь своего проводника, этого Смеагола. Он убил. Я это вижу, — Фарамир вздохнул. — Таковы встреча и прощание. Я не буду вселять ложных надежд. Я не ожидаю нашей встречи под Солнцем. Благословляю вас и весь ваш народ. Отдыхайте, пока соберут припасы.
Я бы, конечно, хотел узнать, как Смеагол получил эту Вещь, и как её был лишён, но я не хочу вас беспокоить. Если вы вдруг вернётесь к живущим, мы сядем на солнечной стороне Цитадели и расскажем друг другу всё, смеясь над миновавшими горестями. Тогда. А до тех пор, или до времён, куда Видящие Камни Нуменора заглянуть невластны, дотоле прощайте!
Он низко поклонился, открыл занавесь и вышел.

Tags: tlotr
Subscribe

  • (no subject)

    Люди, отрицающие результаты эксперимента Зимбардо и ему подобных, как правило, либо верят в некое представление о человеческой природе, согласно…

  • А вот я вспомню о своём крестьянском происхождении и посплетничаю о нём

    Бабушка с соседкой по усадьбе — не разлей вода. „Ма-а-аша!“ — „Кла-а-ава!“. Шутка ли, 55 лет в соседях, бабушка…

  • Текущее - de auctoribus

    У Павленко в одном из тредов под постом про Андерсена традиционно зашла речь о том, надо ли, как он обычно делает, называя это…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments