elrond1_2eleven (elrond1_2eleven) wrote,
elrond1_2eleven
elrond1_2eleven

Category:
  • Mood:

Властелин Колец (4, 5, б)

Солнце зашла, воды погасли, и хоббиты прошли под невысокую арку в никак не обработанную пещеру с неровным куполом. Стены поблёскивали в свете нескольких фонарей. Многие Люди уже прибыли, и другие приходили постоянно через узкую дверь. Привыкнув к полумраку, хоббиты рассмотрели пещеру гораздо дальше и заметили большой запас оружия и провианта.
— Здесь мы отдыхаем, — сказал Фарамир. — Не самое удобное место, но хотя бы ночи безопасны. Сухо, есть еда, огонь, правда, не разводим. Раньше вода протекала прямо здесь, но давно уже каменщики отвели русло так, чтобы образовался водопад над аркой, а все остальные входы намертво заделаны. Здесь есть только дверь, через которую вас привели вслепую, и Окно, за которым омут и острые, словно ножи, скалы. Отдыхайте, пока нам соберут стол.
Хоббитам отвели низкую кровать в углу. Люди очень быстро, тихо и слаженно стали собирать столики на крестовинах, висевшие по стенам, и заставлять их простой, без изысков и росписей посудой: круглыми глиняными тарелками, кружками и мисками в коричневой глазури, или деревянными из лавра. Встречались кубки и чаши полированной бронзы, а для Фарамира поставили гладкий серебряный без резьбы.
Командир тем временем обходил всех и тихо расспрашивал. Одни преследовали южан, другие, вернувшиеся позже остальных, задержались, разведывая у дороги. Из прибывших с Юга скрылся только большой мумак. Что произошло со зверем, никто не видел. Враг молчал, и даже орки не шпионили в округе. Фарамир обратился к последнему:
— Вы что-нибудь видели или слышали, Анборн?
— Ну, пожалуй, нет. Орков не видел, а вот, кажется, был некто маленький и необычный. Конечно, в сумерках предметы кажутся гораздо больше, чем они есть. Наверное, это белка.
Сэм наставил уши.
— Только тогда это была бы чёрная белка без хвоста. Увидел я будто тень на земле, а когда попробовал подойти, она взобралась на дерево проворнее любой белки. Вы не приветствуете убийство зверей, какова бы ни была их цель, и я не стрелял. К тому же для этого стало уже слишком темно, а тварь исчезла в листве мгновенно. Я счёл зверя странным и подождал недолго, но потом поспешил сюда. Когда я повернул, тварь, кажется, зашипела на меня. Пробралась, наверное, чёрная белка из Чернолеса. Там такие живут, как говорят.
— Наверное. Плохи дела. В Итилиене не ждут пришлецов из Чернолеса, — сказал Фарамир. Как решил Сэм, он в этот момент бросил в сторону хоббитов быстрый взгляд. Они с Фродо лежали, наблюдая как в неверном свете фонарей снуют люди, а Фродо в конце концов заснул. Сэм вёл внутренний спор. „Он может быть и такой, какой кажется, а может оказаться и совсем другим. Бывает, что красноречие скрывает дурное сердце, — Сэм зевнул. — Я просплю неделю напролёт, и это пойдёт мне на пользу. Что я сделаю, бодрствуя? Я один, а вокруг много высоких Людей. Ничего, Сэм Гамджи. Но всё равно, спать тебе нельзя“. Сэм, как мог, пытался не уснуть. Из двери свет падать перестал, арка водопада ушла в сумрак, хотя равномерный звук воды лился неизменно и усыпляющее, и Сэм постоянно тёр глаза.
Зажгли ещё лампы, выкатили бочонок вина, выбили днища из других бочонков с провиантом. Из водопада набрали воды, некоторые уже мыли руки, а Фарамиру поднесли большой медный умывальник и чистое полотенце.
— Разбудите гостей и отнесите им умываться! Пора ужинать.
Фродо зевнул и потянулся, а Сэм, непривычный к услугам, удивлённо воззрился на высокого гондорца, склонившегося перед ним с тазиком.
— Господин, поставьте наземь, пожалуйста! Нам обоим будет удобнее.
Не менее удивлённо на него смотрели Люди, когда Сэм окунул голову в воду и заплеснул за уши.
— В обычаях вашей страны мыть голову перед ужином?
— Вообще-то обычай требует того перед завтраком, но если очень клонит в сон, холодная вода на шее действует, как дождь на вялую рассаду. Теперь я достаточно свеж, чтобы ужинать.
Рядом с Фарамиром хоббитам поставили бочки, чтобы столы оказались гостям по росту. Когда все были готовы, Люди поднялись, повернулись на запад, и немного помолчали, причём Фарамир указал Фродо и Сэму сделать также. Потом объяснил.
— Мы всегда обращаемся к Нуменору, что был когда-то, и к стране Эльфов, что есть и теперь, и к тому, что за их страной и будет вечно. А у вас есть подобный обычай?
— Нет, — Фродо ощутил себя невоспитанным деревенщиной. — В гостях мы кланяемся хозяину и благодарим его после трапезы.
— Мы делаем также.
Обычный ужин после столь долгого путешествия вдали от всех стал для хоббитов пиром. Прохладное и освежающее светлое вино, хлеб, масло, солонина, сушёные фрукты, прекрасный оранжевый сыр. К тому же чистые руки и чистые тарелки и приборы. Ни от добавки, ни от второй добавки Фродо и Сэм не отказывались, а вино оставляло такое приятное чувство, что не являлось со времён передышки в Лориене.
Закончив, Фарамир провёл их в углубление, завешенное шторой, куда принесли кресло и два стула. Засветили глиняную лампу.
— Вы скоро, может быть, захотите спать. Особенно Сэмвиз, не сомкнувший глаз до ужина. То ли от страха притупить голод, то ли боясь меня. Но засыпать сразу после еды неприятно. Поговорим пока. Ваше путешествие из Ривенделля достойно долгого рассказа, я полагаю. Вы также можете пожелать узнать и о нас, о стране, в которую вошли. Расскажите о Боромире, Митрандире и жителях Лотлориена.
Фродо отряхнул совсем сон, расположился к беседе, но вино не усыпило и его осторожности. Сэм бормотал иногда кое-что совсем тихо, но только слушал, иногда добавляя утвердительное восклицание.
Фродо говорил и рассказывал, но вёл как можно дальше от цели похода и от Кольца, останавливаясь больше на том, как Боромир выручал их при нападении волков, на Карадрасе и в Мориа, где пропал Гандальф. Фарамира больше всего взволновала битва на Мосту.
— Боромира, наверное, возмущало бегство от Орков, и даже от жуткого создания... Бальрога, как вы его назвали. Даже если он бежал последним.
— Он и шёл последним. Арагорну пришлось вести нас. Из всех он один точно знал дорогу на выход. Не будь остальных, они с Боромиром остались бы.
— Да, лучше бы Боромиру пропасть ещё тогда, вместе с Митрандиром, чтобы не ждать судьбу у Рауроса.
— Может статься. Расскажите мне о себе, — Фродо повернул совсем прочь от своего похода. — Мне интересны Минас Итиль, Осгилиат, Минас Тирит, всё ещё непобеждённый. Какова надежда вашего города в долгой войне?
— О, слишком давно мы потеряли свои надежды. Меч Элендила, может быть, разжёг бы сердца снова. Но я считаю, что он в состоянии лишь отсрочить ненадолго наш полный крах. Разве что, нежданная помощь придёт от Эльфов или других Людей. Враг вырос, а мы ослабли. Наш народ встретил уже свою осень, глубокую осень без надежды на новую весну.
Нуменориды расселились по всем берегам Моря в Больших Землях. Но их поглотили зло и безумие. Многие стали желать искусств Тьмы, иные пропали в безволии и лени, другие — среди междоусобиц, пока всех ослабевших не покорили дикие Люди.
Нельзя сказать, что тёмные искусства использовали в Гондоре, и что Неназываемого у нас превозносили. Королевство потомков Прекрасного Элендила очень долго хранило мудрость Запада, и ещё осталась она у нас. Тем не менее, Гондор сам сотворил своё разрушение, заснув постепенно. Решили, что Враг покоится, что он уничтожен, а не изгнан.
А смерть была всегда бессонна. Нуменориды хотели жить, как не жили и в давно утраченном мире, жить бессмертно и неизменно. Короли умножили могилы сверх живущих, а мёртвых из длинных родословных любили больше, чем своих детей. В ветшающих залах сидели бездетные короли, слишком поглощённые яркими гербами, и иссохшие старики составляли для них мощные снадобья, или искали в звёздах ответы на свои вопросы. Последний Король из династии Анариона так и не оставил наследника.
Правители оказались в чём-то мудрее и во многом удачливее. Мудрость проявилась в решении подкрепить страну выносливыми жителями берегов и рослыми горцами из Эред Нимраис. Также заключены были союзы с гордыми Северянами, которые до того долго воевали с Гондором с огромным воодушевлением. Но они всё же нам сродни, в отличие от злых Людей Харада, пришедших с Востока.
Во времена Кириона, Двенадцатого Правителя (мой отец — двадцатый) они прибыли на помощь к нам на Поле Келебрант и разбили врагов, занявших наши северные области. Мы назвали их Рохиррим, повелителями коней, и подарили им поля Каленардон, с тех пор называемые Роханом. Тогда они были очень мало заселены. И Рохиррим стали самыми верными нашими союзниками, они всегда приходили на помощь и сохраняли северные границы и Роханский Проход.
Они переняли, что пожелали, из наших Знаний и привычек, а их вожди говорят по-нашему при необходимости. Но в основном они поддерживают обычаи предков и говорят на собственном северном языке. Среди них мужчины высоки, а женщины очень красивы, и в равной мере с мужчинами храбры. Они напоминают нам юность Племени Людей, Древние Времена светятся в их ясных глазах и светлых волосах красотой и силой. Такое сходство с нашим народом неслучайно, как говорят Знающие. Они из тех Трёх Родов Людей, откуда и Нуменор; может быть, и не от Хадора Золотоволосого, Друга Эльфов, но от тех его потомков, кто не внял зову и не ушёл за Море на Запад.
Мы разделяем Племя Людей. Есть Большие, Люди Запада, Нуменориды. Люди Серединные, или Сумеречные, как Рохиррим и другие им подобные на Севере. И есть Дикие, Люди Тьмы.
Рохиррим выросли к нам, освоив наши искусства, а мы приблизились к ним, и едва ли можем теперь носить звание Больших. Мы помним очень много, но сами стали Сумеречным, Серединным родом. Как Рохиррим, мы теперь любим войны и доблесть ради боевой славы. Ещё храним завет о том, что воин должен знать и уметь гораздо больше, чем только владеть оружием, но почитаем его выше, чем людей других профессий. Таковы времена наши, и таков был брат Боромир, самый отважный, и потому считавшийся лучшим во всём Гондоре. Так и было. Давно Минас Тирит не видел столь же выносливого, храброго в битве Человека, он мог извлечь из старого Рога ноту мощнее, чем трубили несколько поколений до него, — Фарамир вздохнул и смолк.
— Вы не говорите об Эльфах, сэр, — вдруг набрался духу Сэм. Он заметил почтительное отношение Фарамира к Эльфам, и поэтому проникся к нему уважением сильнее, чем после учтивых речей, ужина и вина, вместе взятых.
— Господин Сэмвиз, я мало знаю об Эльфах. В этом отношении мы тоже повернулись от Нуменора к Средиземью. Если Митрандир был вашим спутником, и вы говорили с Эльрондом, то, должно быть, знаете, что Эдайн, Отцы Нуменоридов, бившиеся вместе с Эльфами в первых войнах, получили в награду королевство посередине Моря, из которого видна Страна Эльфов. Во время Тьмы, и при содействии Врага, и просто уходя всё дальше по своим собственным путям, Люди и Эльфы Средиземья разделились. Люди относятся к Эльфам с опаской, с недоверием, хотя почти ничего о них не помнят. Гондор и здесь стал похож на Рохан: даже враги Тёмного Властелина стали говорить о Золотом Лесе с ужасом.
Есть, конечно, те, кто при случае находят Эльфов или тайно отправляются в Лориен. Возвратились из них очень немногие. Я не таков. Я считаю, что смертному стало опасно искать встреч со Старшими. Но я завидую вам, говорившим с Белой Госпожой!
— Ах, госпожа Галадриэль! — воскликнул Сэм. — Вы должны её видеть, сэр. Я хоббит, занятие моё — сад, и сочинять стихи я не мастер, сэр, а о ней нужно петь. Найдите Странника, то есть Арагорна, или старого мистера Бильбо. Если бы я смог сочинить достойную песню! Она прекрасна, то как дерево в цвету, а то тонка и хрупка, словно нарцисс. Твёрже алмаза, но нежнее лунного света, мягкая, будто солнечный луч, и холодная, как звёзды в морозную ночь. Гордая и недостижимая горная вершина, и но улыбчивей неё я не видел никого. А, всё пустые неподходящие слова!
— Значит, она по-настоящему прекрасна, — сказал Фарамир. — И опасна.
— Не соглашусь! Я согласен с тем, что в Лориен свою беду каждый приносит сам, и находит её, как бы она ни скрывалась. Её можно назвать опасной за огромную силу. Об неё можно разбиться, как лодка ломается о скалу, или утонуть, как хоббит в реке тонет. Ни скала, ни река не будут виноваты притом. Бо... — Сэм осёкся и слегка покраснел.
— Слушаю! Что Боромир? Он принёс с собой свою беду?
— Да, сэр, уж извините меня! Вы нам кое-что рассказали, а я припомнил как наблюдал, не Боромиру во вред, а ради хозяина, от самого Ривенделля, и я думаю, что именно в Лориене он осознал (а я заметил чуть позже), чего желает. Он понял, что хочет получить Кольцо Врага!
— Сэм! — Фродо в ужасе вынырнул из собственных размышлений, опоздав.
— Спасите! — Сэм побледнел, а потом сделался алым. — Опять я натворил! Верно советовал мне Гаффер: едва открыв рот, затыкай его пяткой!
— Хорошо! Послушайте, Сэр! — Сэм вдруг собрал остатки присутствия духа. — Не обретайте преимущества над хозяином, если уж слуга его оказался дураком! Вы говорили очень правильно об Эльфах и про остальное, и совсем меня размягчили. Покажите, кто вы есть!
— Да, пора бы, — Фарамир говорил необычайно мягко. — Здесь все загадки! Единое Кольцо, что сочли исчезнувшим из мира так давно. Боромир хотел отобрать его силой? Вы сбежали? И, потом, прибежали ко мне! Вот так. Я, два Полурослых, полк в моём командовании, Кольцо из всех Колец, а вокруг пустыня. Каков поворот удачи! Фарамир, Офицер Гондора, должен себя показать! — и он поднялся во весь рост. Фродо и Сэм вскочили со стульев, оперлись на стену и стали шарить рукояти мечей. Молчание. Люди оборвали разговоры и обернулись к ним. Фарамир сел в кресло и смеялся негромко и долго. Потом посерьёзнел.
— Горе Боромиру! Слишком суровое испытание! Вы только омрачили моё горе, чужеземцы, несущие судьбу Людей. Но судите вы о Людях ещё неопытнее, чем я о Полурослых. В Гондоре верны слову. Мы редко хвастаем, а потом держимся обещаний насмерть. Я сказал, не возьму, даже найдя на дороге. Даже желая получить, даже не зная, о чём говорю, я всё равно должен считать эти слова клятвой.
Я не таков, опять-таки! Наверное, мне хватает мудрости видеть опасность, от которой можно только спасаться, и никак иначе. Сядьте, а вы, Сэмвиз, успокойтесь! Если вы вините себя за ошибку, считайте её предопределённой. Вы сердцем проницательны столь же, сколь привязаны к своему господину. Как ни странно, вы должны были открыться мне! Я постараюсь устроить всё как можно лучше. Но больше не называйте его вслух. Одного раза довольно!
Хоббиты сели, и Люди обратились к своим делам, посчитав, что командир устроил с малышами небольшую забаву.
— Значит, Фродо, мы наконец-то друг друга поняли. Если вам эта вещь навязана, я сожалею вам. И я сочту вас за чудо — как можно нести, и не использовать! Вы для меня — совершенно другой народ. Все ли хоббиты таковы? Ваша страна должна быть местом мира и довольства, где садовники в большом почёте.
— Не всё так благополучно, — сказал Фродо. И добавил. — Садовников, конечно, уважают.
— Но, даже работая в саду, устают, как и везде под солнцем. Вы вдали от родины, утомлены дорогой, поэтому на сегодняшнюю ночь достаточно. Спите оба, настолько спокойно, насколько можете. Я не желаю ни видеть вещи, ни касаться её, ни знать о ней больше, чем мне уже известно. Достаточно! Иначе я окажусь гораздо слабее Фродо сына Дрого. Отдыхайте, скажите только, куда держите путь, какова цель, чтобы я взвесил и обдумал. Утром мы должны бежать, каждый своим путём.
Страх прошёл, и дрожь, пробиравшая Фродо, пропала, и усталость накрыла, словно толстым одеялом. Сопротивляться он дольше не мог.
— Я ищу дорогу в Мордор. На Горгорот. Я найду Роковую Гору и брошу его навстречу его Судьбе. Гандальф так сказал, а я уже и не надеюсь.
Фарамир в который уже раз изумлённо на него воззрился, потом подхватил, чтобы Фродо не упал, и отнёс хоббита в постель, заботливо укрыв. Сэм, немного поколебавшись, низко поклонился.
— Доброй ночи, Командующий. Вы решили, сэр.
— Неужели?
— Да, сэр, и показали себя Бо́льшим.
Фарамир улыбнулся.
— Лукавый Сэмвиз! Хотя, похвала лучшего — высшая награда. Хвалить было нечего. Я не желал и не имел соблазна поступить иначе.
— Так ли, сэр? — ответил Сэм. — Вы говорили, что вокруг мистера Фродо есть нечто эльфийское. Верно! А я скажу, что вы немного напоминаете мне Гандальфа, Кудесника.
— Наверное, вы уловили мой отблеск Нуменора. Доброй ночи.

Tags: tlotr
Subscribe

  • Властелин Колец (6, 1 б)

    — Порядок теперь, — заметил Снага. — Но всё-таки я поднимусь и посмотрю, как у тебя дела. Снова скрипнули петли, Сэм, выглянув…

  • Властелин Колец (3, 6 а)

    Глава VI. Король Золотого Зала Гандальф ехал в течение сумерек и ранней ночью. Когда он решил сделать привал для нескольких часов сна, даже Арагорн…

  • Властелин Колец (3, 5 б)

    Путник был слишком проворен. Он вскочил на вершину большого камня, словно вырастая. Отбросил обноски, и оказался в сияющем белом. Он поднял жезл,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments