elrond1_2eleven (elrond1_2eleven) wrote,
elrond1_2eleven
elrond1_2eleven

Categories:
  • Music:

Властелин Колец (3, 2, а)

Глава II. Всадники Рохана

Сгущались сумерки. Позади внизу из деревьев расползался туман, прикрывая бледное зеркало Андуина. Небо ясно и звёздно. Растущая луна склонялась к западу, и скалы отбрасывали длинные чёрные тени. Трое теперь шли медленнее, потому что след орков в этих запустелых каменистых холмах было труднее обнаружить. Эмин Мюиль тянулся здесь двумя длинными выветрелыми хребтами с юга на север. Западный склон каждого хребта был крут, а восточный положе, покрыт оврагами, промоинами и расселинами. Ночь ушла на то, чтобы взобраться на первую гряду, перевалить через её гребень и спуститься в извилистую долину.
Предрассветная прохлада застала их на коротком привале. Луна давно зашла, и светили только звёзды. Заря ещё не показалась из-за холмов позади. Арагорн обнаружил, что след, спустившийся в долину, пропал.
— Куда они могли свернуть? — спросил Леголас. — На север, прямее к Изенгарду или Фангорну, или на юг, к реке Энтов?
— Для них небезопасна река, — сказал Арагорн. — Рохан должен очень сильно ослабнуть, чтобы они смело шли туда. Орки постараются как можно меньше задержаться в полях Рохана. Поищем к северу!
По дну долины среди камней катился ручей. Справа росли высокие скалы, слева — скрытые дымкой серые склоны. Арагорн прошёл милю, обследуя землю. Леголас был немного впереди, и вдруг позвал их.
— Кое-кого мы уже настигли, — сказал Эльф, указывая на какие-то булыжники. Они присмотрелись и поняли, что там лежат пять трупов орков, жестоко изрубленных. Двоим отсекли головы. Земля была мокрой.— Ещё одна загадка, — сказал Гимли. — Но ждать рассвета некогда.
— Как её ни решай, справедливо, что враги наших врагов станут нам друзьями — сказал Леголас. — Может быть. Здесь живёт кто-нибудь?
— Нет, — ответил Арагорн. — Рохиррим бывают здесь редко, а до Минас Тирита далеко. Могли оказаться несколько человек, что ведут охоту по своим причинам. Но я так не думаю.
— Как же думаешь ты? — спросил Гимли.
— Враг ходит вместе с нашими врагами. Здесь только Северные Орки. Наверное, произошла ссора и драка, что этому народу привычно. Поспорили из-за дороги.
— Или из-за пленных, — заметил Гимли. — Надеюсь, они не встретили здесь свою судьбу.
Арагорн осмотрелся вокруг, но больше никаких следов не нашёл.
На востоке показался серый свет, и звёзды поблёкли. Немного севернее трое наткнулись на овраг, выточенный в камнях ручьём. Рядом с ним выросли кусты и немного травы.
— Наконец-то мы нашли след! — сказал Арагорн. — После споров они поднялись этой промоиной.
Теперь они поднимались с камня на камень быстро, будто после ночного отдыха. На каменистой вершине пустого холма их овеял ветер. За Рекой пламенели холмы. День разрастался. Солнце поднималась из-за Страны Мрака. Запад, сначала бесформенно-серый, стал окрашиваться: зелёная трава на лугах Рохана, белые туманы по речным долинам, а лигах в тридцати левее синевой и пурпуром сияли снежные пики высоких Белых Гор, озарённые восходящей солнцем.
— Смотрите, Гондор! Гондор! — воскликнул Арагорн. — Пусть я увижу тебя снова в счастливый час! Пока моя дорога на юг, к твоим чистым ключам, откладывается.

(песня)

— Пойдём! — сказал Арагорн, отворачиваясь от юга к северо-западу, куда и вёл их след.
Прямо у ног их гребень круто спускался. Двадцатью саженями ниже склон образовал широкую неровную площадку, завершавшуюся краем отвесного обрыва — Восточной Стеной Рохана. Эмин Мюиль здесь завершался, и до самого горизонта стлались поля Рохиррим.
— Смотрите! — Леголас указал в небо. — Снова орёл! Очень высоко, похоже, что возвращается домой на север. Летит очень быстро.
— Ну, Леголас, — сказал Арагорн. — Даже я его не вижу. Значит, он действительно высоко. Куда же он спешил, если я видел раньше этого же орла? Но важнее обратиться вниз, поближе. Кто-то движется по равнине.
— Их много, — сказал Леголас. — Большой пеший отряд. Кто? Не знаю. Может быть, они в двадцати лигах, но на равнине трудно расчесть расстояние.
— Я думаю, нам больше не нужен никакой след, — сказал Гимли. — Спустимся по самой короткой дороге.
— Едва ли можно найти дорогу короче, чем та, которую выбрали орки, — ответил Арагорн.
Враги, по-видимому, спешили. По пути попадался брошенный наскоро мусор: пустые мешки, корки грубых серых сухарей, драный чёрный плащ, поломанный среди камней ботинок, подкованный железом. След вёл по вершине к глубокой расселине, в которой плескался ручей. Едва ли удобной можно было назвать дорогу, спускавшуюся ущельем.
В конце его Охотники неожиданно вышли на луга Рохана, зелёным морем расстилавшиеся до самых склонов Эмин Мюиля. Ручей скрылся под водяными растениями, но звучал даже из-под них, катясь по длинным скатам к долине Реки Энтов. Зима осталась верна горам, оставшимся позади, а на равнинах воздух был теплее, и пахло приятно, весной. Леголас вдохнул, будто после глубокого нырка.
— Ах, запах луга! Много полезнее долгого отдыха. Скорее!
— Здесь можно идти очень скоро, — сказал Арагорн. — Нам будет гораздо легче, чем подкованным железом оркам. Можно пробовать нагнать их отрыв.
Трое почти бежали колонной, гончие по свежему следу, поблёскивая взглядом. Орки вытоптали широкую полосу почти прямо на запад, изгадив до черноты травы Рохана. Вдруг Арагорн воскликнул, заворачивая:
— Стойте! Подождите меня! — он отбежал вправо от следа, заметив ответвляющиеся следы разутых ног. Совсем скоро их пересекли лапы орков, отбежавших от колонны впереди и сзади. Потом они слились с основным отрядом. Арагорн поднял что-то в конце следа и вернулся.
— Мне всё ясно — это следы хоббита. Пиппина, я думаю. Он поменьше. Смотрите-ка! — и Арагорн показал на свету блестящую вещицу, свежий лист бука, очень необычный для безлесных равнин Рохана.
— Застёжка от эльфийского плаща! — назвали одновременно Леголас и Гимли.
— Листья в Лориене падают не зря, — продолжил Арагорн. — И этот не потерян, а оставлен как указатель для тех, кто последует. Пиппин, наверное, отбежал именно для этого.
— Значит, он жив, — сказал Гимли, — и может воспользоваться и смекалкой, и ногами. Наша охота не напрасна.
— Надеюсь, он не заплатил за свою храбрость чрезмерно, — заметил Леголас. — Скорее! Мысль о том, что двух весёлых хоббитов тащат, как скотину, просто жжёт меня!
Солнце переходила, а потом и совсем перешла за полдень. С юга, с Моря, набежали было тонкие облака, но их скоро сдуло, и солнце стала заходить, рассылая на восток длинные тени. Охотники продолжали бег. Со времени смерти Боромира прошли день и ночь, а орки по-прежнему оставались далеко впереди. На плоских лугах их невозможно было увидеть. Когда ночь вступила в свои права, Арагорн решил остановиться. За день они едва перевели дыхание два раза. От Восточной Стены, на которой они стояли на заре, отошли на двадцать лиг.
— Перед нами снова трудный выбор, — сказал Арагорн. — Стоит ли отдохнуть ночью, или продолжать бег, пока силы и воля нас держат?
— Орки оставят нас далеко, если сами не остановятся, — ответил Леголас.
— Ну, должны же даже они отдыхать! — сказал Гимли.
— Орки редко решаются шагать по равнине под светом солнца, а ночью они точно не будут спать, — возразил Леголас.
— В темноте мы не сможем увидеть их след, — сказал Гимли.
— Он ровен и прям, и не сворачивает, насколько я вижу, никуда, — ответил Леголас.
— Я мог бы, пожалуй, вести вас прямо, руководствуясь лишь чутьём, — сказал Арагорн, — но если мы отойдём от следа, утром получится очень долгая задержка на его поиски.
— И только днём мы можем заметить боковые следы, — сказал Гимли. — Если один из пленников сбежит, или его унесут, скажем, на восток, к Великой Реке и Мордору, мы ничего не узнаем.
— Согласен, — сказал Арагорн. — Но, если я верно думаю, среди врагов больше орков Белой Руки. Все они пойдут в Изенгард. Их намерения для меня очевидны.
— Опасно доверяться их единству, — сказал Гимли. — А если кто-то сбежит? Ночью мы прошли бы мимо той застёжки.
— С тех пор орки удвоят охрану. И сами хоббиты уже очень утомлены, — сказал Леголас. — Избавиться от провожатых они смогут только с нами. Каким образом — не знаю. Сначала их нужно догнать.
— Тем не менее, я, Гном, немало путешествовавший на своём веку, далеко не слабейший в своём народе, не могу бежать без устали до самого Изенгарда. Я, как и ты, не могу усидеть спокойно, но лучше отдохнуть сейчас, чтобы завтра встать рано и бежать скорее. Отдыхать, так ночью.
— Я и говорил — трудный выбор, — заметил Арагорн. — Как же закончить спор?
— Ты нас ведёшь, — ответил Гимли. — Ты опытнее в охоте. Выбирай!
— Нужно торопиться, — сказал Леголас. — но мы должны держаться вместе. Я соглашусь с тобой.
— Вы не того просите выбирать, — ответил Арагорн. — После Аргоната все мои советы вели к худшему.
Он молча вглядывался на север и запад.
— Нельзя преследовать в темноте. Потерять след или упустить знаки ещё какого-нибудь события будет гораздо хуже. Если бы луна посветила нам, но, алас! тонкий месяц зайдёт очень рано.
— Этой ночью мы его вовсе не увидим, — пробормотал Гимли. — Если бы Госпожа дала и нам немного света.
— Она знала, кому его даровать, — ответил Арагорн. — У Фродо настоящий Путь, а наше дело — совсем небольшое перед грядущими событиями этого времени. Едва ли успешна теперь погоня, и мой выбор едва ли что изменит. Но он сделан. Нужно тратить своё время как можно полезнее.
Он лёг и заснул сразу же, в первый раз с тех пор, как ночевал у Тол Брандира. Арагорн поднялся до зари. Гимли глубоко спал, а Леголас стоял неподвижно, вглядываясь на север.
— Они далеко, — сказал он печально. — Я это чувствую. Они не отдыхали эту ночь. Теперь их нагонит только птица.
— Всё равно мы продолжим, — и Арагорн поднял гнома.
— Просыпайся! Тянет холодком! Пора.
— Ещё темно. И Леголас не увидит их с горы раньше восхода.
— Они уже вне пределов зрения, будь я на холме, или на равнине, лунной ночью, или солнечным днём.
— Если свет не служит, пора слушать землю, — сказал Арагорн. — Здешние земли должны взвыть под скверными ногами орков.
Он надолго растянулся на земле, так что Гимли решил, не заснул ли Арагорн снова. Забрезжил рассвет, становилось светлее. Стражник поднялся, побледнев.
— Всё смутно и смазано. Вокруг нас на много миль нет никого. Шаги врагов очень далеко. А гораздо ближе стучат копыта. Я слышал их и ночью, а во сне видел скачущих на запад галопом лошадей. А теперь они удаляются от нас на север. Что-то случилось там.
— Поспешим! — сказал Леголас.
Начался третий день погони. Солнце скрывалась над облаками. Они почти не отдыхали, шагали и принимались то и дело бежать. Никакая усталость не могла потушить огня их сердец. Молчали, минуя безлюдные земли, а серые плащи эльфов скрывали их среди серо-зелёных лугов. Пока Охотники далеко, их смог бы заметить только Эльф. Особенно благодарили Госпожу за лембас, позволявший подкреплять силы прямо на бегу.
Весь день след непрерывно и прямо уводил на северо-запад. К вечеру они достигли длинных безлесных склонов, поднимавшихся полого к округлым холмам. Орки поворачивали здесь на север, и след становился не столь заметен на короткой траве и каменистой почве. Вдалеке слева серебристо вилась Река Энтов. Арагорн недоумевал, почему вокруг нет ни зверей, ни людей. Рохиррим, конечно, живут дальше на юге, у лесистых подступов к Белым Горам, но Коневоды всегда кочевали со своими стадами в Ист-эмнете, своей самой восточной провинции, ставили шалаши и палатки и жили так даже зимой. А теперь тишина вокруг совсем не казалась признаком мира.
В сумерках они остановились, отойдя от Стены Эмин Мюиля дважды двадцать лиг. Те горы совсем скрылись на востоке. В облаках поблёскивал месяц, но ни от него, ни от звёзд настоящего света не было.
— Теперь я не позволил бы остановиться ни на минуту, — сказал Леголас. — Орки бежали, будто сам Саурон гнал их плетью. Я боюсь, что они уже достигли пределов Леса и, невидимые под его тенью, уходят всё дальше и дальше.
Гимли даже зубами заскрипел.
— Вот и конец всем надеждам! Столько усилий пресекаются!
— Надежда, может быть, и да, но не труд, — ответил Арагорн. — Мы пока не поворачиваем! Но я устал, — он оглянулся в собирающуюся на востоке ночь. — Здесь что-то необычное. Я не доверяю такой тишине! Не верю даже в бледность этой луны! И звёзды едва светят. Я устал, как не мог устать Стражник, перед которым лежит ясный след. Чья-то воля прибавляет ходу врагам и сдерживает нас, вселяя усталости больше духу, чем телу.
— Совершенно точно! — отозвался Леголас. — Я знал с самых пор, когда мы спустились с Эмин Мюиля. Эта воля не позади, а перед нами, — и Эльф указал на мрачный запад под ущербной луной.
— Саруман, — пробормотал Арагорн. — Что бы то ни было, ему нас не остановить! Мы переждём ночь снова, но будем бежать на север от зари до зари!
Леголас первым оказался на ногах. Хотя спал ли он вообще?
— Просыпайтесь! Алая заря. Нас ждут под пологом Леса. К хорошему, или к недоброму, но ждут. Пора!
Они начали переход, едва вскочив на ноги. Холмы приближались, но достичь их удалось только за час до полудня. Травянистые склоны поднимались к безлесным вершинам, цепью убегавшим на север. Пока земля была сухая, но перед рекой, заросшей камышами, лежало болото шириной миль в десять. К западу от южного склона был вытоптан широкий круг, от которого орки потянулись на север по сухим скатам. Арагорн осмотрел следы внимательно.
— Они задерживались здесь. Но след давно остыл. Наверное, Леголас, ты прав. Они были здесь полтора суток назад. Не сбавляя ходу, они ещё вчера на закате достигли Фангорна.
— На север и запад я вижу только траву, скрывающуюся в тумане, — сказал Гимли. — Лес виден хотя бы с хребта?
— Он пока далеко, — ответил Арагорн. — Насколько помню, холмы тянутся на восемь лиг, а потом к истокам Реки Энтов идти ещё лиг пятнадцать по равнине.
— Так чего же ждать? — ответил Гимли. — У меня ноги шевелились бы скорее, не будь так тяжело на душе.
Холмы закончились только на очередном закате. После стольких часов беспрерывной погони они шли медленнее. Гимли сутулился. Гномы крепче железа в работе или беге, но эта безнадёжная охота его истощала. Арагорн следовал за ним в мрачном настроении. Он то и дело пригибался, чтобы рассмотреть след. Леголас продолжал идти легко, даже не приминая траву. Дорожный хлеб Эльфов питал его достаточно, и Леголас мог спать, как бы сказали Люди, прямо на ходу. Всё-таки это больше похоже на мечты Эльфов, что они видят, не закрывая глаз. Потом он предложил:
— Давайте поднимемся на тот холм!
Они медленно поднялись на вершину круглого гладкого холма, стоящего на отшибе, самой северной точкой гряды. Солнце зашло. Трое среди серого бесформенного и безмерного мира. Вдали только тёмно вставали Туманные Горы, заросшие у подножий лесом.
— Ничего не видно и не понятно, — сказал Гимли. — Нужно теперь остановиться и переждать ночь. Холодает!
— Ветер с севера приносит дыхание снегов, — ответил Арагорн.
— А к утру он повернёт на восток, — сказал Леголас. — Отдыхайте, когда вам необходимо. Не теряйте только духа, ведь будущее неизвестно. Утро мудрее вечера.
— Оно наступало трижды, ничем не посоветовав, — сказал Гимли.
Арагорн и Гимли спали неспокойно. Похолодало. Леголас всё время провёл на ногах, прогуливаясь и напевая по-эльфийски. В небе появлялись яркие звёзды. Ночь миновала, и рассвет появился на совершенно чистом небе. Восточный ветер сдул мглу, раскрыв блёклые равнины.
На севере и востоке поднимались ветреные Нагорья Рохана, которые они уже видели несколько дней назад из лодки. К северо-западу простирался тёмный лес Фангорн, лигах в десяти. Его другой край терялся на горизонте. Ещё дальше поднял снежную вершину Метедрас, последний пик Туманных Гор. Из Леса вытекала Река Энтов, пока узкая и с быстрым течением, глубоко врезав свои берега. След вёл туда.
Арагорн острым зрением проследил весь след до самой тёмно-зелёной кляксы Леса. Потом он снова лёг наземь и прислушался. Леголас, стоя рядом и прикрываясь от солнца длинными пальцами, видел не тени и пятна, а всадников и отблеск солнца на их копьях. Позади них клубился чёрный дым. В тишине Гимли прислушивался к шуршанию ветра в траве.
— Всадники! — сказал Арагорн, поднимаясь. — Множество, и они быстро скачут в нашу сторону.
— Верно, — подтвердил Леголас. — Сто пять. Светловолосые, с блестящими копьями, а их предводитель очень высокого роста.
— Мне бы остроту зрения Эльфов, — сказал Арагорн.
— Ничего особенного. Они всего в пяти лигах, не больше.
— В пяти, или в одной, — сказал Гимли, — неважно. В открытом поле с ними не разминуться. Пойдём навстречу, или подождём здесь?
— Подождём, — ответил Арагорн. — Я утомился, а погоня провалилась. Разве что кто-то опередил нас. Всадники возвращаются по следу Орков. Может быть, они несут для нас новости.
— Или копья, — вставил Гимли.
— У них три свободных коня, но хоббитов я не вижу, — сказал Леголас.
— Я и не рассчитывал на хорошие вести, — заметил Арагорн. — Какие бы ни были, подождём.
Они спустились с северного склона холма, чтобы не стать слишком заметными против ясного неба. Чуть выше подножия трое завернулись плотнее в свои плащи и сели вместе. Медленно текло время, а ветер никак не мог определиться, куда хочет подуть. Гимли беспокоился.
— Арагорн, что ты знаешь об этих всадниках? Не ожидаем ли мы быстрой смерти?
— Я бывал с этим народом. Они горды и упрямы, но верны слову и щедры как на словах, так и на деле; храбры, но не жестоки; мудры, но ничего никогда не читают и не пишут, а только поют песни, как жили первые из Людей до Тёмных Веков. А что произошло здесь в последние годы, я не знаю. Также как и то, как поступят Рохиррим, оказавшись между предателем Саруманом и ужасом Саурона. Они давние друзья Гондора, хотя нашему народу неродственны. Очень давно Эорл Молодой привёл их с Севера. Народ Барда Северного больше сродни Рохиррим, как и Беорниды Лесов. Среди них можно всегда увидеть высоких красивых людей, каковы Рохиррим. Орков они точно не терпят.
— Гандальф говорил, что они могут быть данниками Мордора, — сказал Гимли.
— Я верю в это не больше Боромира.
— Скоро всё узнаете, — сказал Леголас. — Они приближаются.
И Гимли теперь слышал стук копыт. Всадники следовали следу, сворачивая от реки к холмам на огромной скорости.
Над полями разнеслись мощные оклики, и с громовым шумом весь полк стал проноситься мимо вслед за первым верховым вдоль подножия холма. Все рослые, красивые, с льняными волосами, которые они выпускают из-под шлемов длинными прядями. Одеты в кольчуги до колен, сияя сталью, в руках длинные ясеневые копья, на спинах раскрашенные щиты, у пояса прицеплены большие мечи.
Кони под стать всадникам: большие и сильные, безупречного сложения, серой масти, с длинными хвостами и гривами.
Всадники проносились мимо попарно, поднимаясь в стременах, чтобы оглядеться, но ни один не заметил трёх неподвижных молчаливых путешественников. Когда полк почти миновал, Арагорн поднялся:
— Как теперь на Севере, Всадники Рохана?
Очень быстро и умело они сдержали коней, развернулись и потрясающе согласованно стали окружать путников кольцом в несколько рядов, непрерывно сжимая его. Арагорн не шевелился, и Гимли с Леголасом сидели по-прежнему тихо, думая, насколько мирной будет встреча.
Безо всякой команды Всадники остановились и наставили на путешественников щетину копий, а некоторые взяли наизготовку луки. Самый высокий из них, с белым конским хвостом на шлеме, приблизился, пока острие его копья не оказалось на фут от груди Арагорна. Но тот не шелохнулся.

Tags: tlotr
Subscribe

  • Текущее - IT

    Судя по тому, как активно верифицируются и опровергаются все подряд цитаты из Бисмарка, он, похоже, был немой. *** Вообще, лайки — хорошая…

  • (no subject)

    Натолкнувшись на очередную историю в духе „хотел пить, схватил стакан, а там оказалось налито не то“, подумал, что в каком-то смысле…

  • Текущее - о съедобном

    Завариваю чай и думаю, возможно ли в нынешнем нежно-розовом мире, где „выхода нет“ меняют на „нет выхода“, продавать продукт…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments