elrond1_2eleven (elrond1_2eleven) wrote,
elrond1_2eleven
elrond1_2eleven

Category:
  • Mood:

Властелин Колец (1, 12, а)

Глава XII. Спеша к Переправе

Когда Фродо пришёл в себя, он всё ещё отчаянно сжимал в кулаке Кольцо. Он лежал у костра, огонь развели сильно, и высокие языки ярко светили. Три хоббита склонились над ним. Он спросил:
— Что случилось? Где Король?
Те трое были слишком обрадованы тем, что Фродо заговорил, чтобы отвечать; к тому же они не поняли его вопроса. Через некоторое время Фродо всё же выспросил у Сэма, что они видели только приближающиеся смутные тени. К своему ужасу тот вдруг заметил, что его господин исчез, тут же тень навалилась на Сэма, и он упал, услышав голос Фродо. Странный какой-то, словно издалека или из-под земли донёсся, и слова необычные. Больше они ничего не видели, пока не запнулись о Фродо, лежащего на земле, будто мёртвого, лицом вниз, а рядом — меч. Странник велел перенести его к огню и исчез. Уже довольно давно.
Сэм снова начал сомневаться в Страннике, но как раз во время разговора тот неожиданно вышел из окружающей темноты. Хоббиты всполошились, Сэм заслонил собой Фродо и выставил меч. Но Странник невозмутимо сел.
— Я не Чёрный Всадник, и не в союзе с ним, Сэм. Я старался узнать что-нибудь о них. И ничего не нашёл. Не понимаю, почему они ушли и не атаковали снова. Всё же поблизости и духу их нет.
Услышав всё, что хотел сказать ему Фродо, Странник обеспокоился, вздохнул и покачал головой. Потом сказал Пиппину и Мерри согреть в котелке воды и промыть рану. Затем добавил:
— Поддерживайте огонь и не давайте Фродо мёрзнуть!
Отошёл, подозвал Сэма и продолжил тихо:
— Теперь мне кое-что понятно. Врагов было только пятеро. Почему они не пришли все, не знаю. И они не ожидали отпора. На некоторое время они отошли. Боюсь, недалеко. Если мы не уйдём, они нападут снова следующей ночью, а пока только выжидают, думая, что их цель почти достигнута, а Кольцо не уйдёт далеко. Видимо, Сэм, они решили, что твой господин получил смертельную рану, которая подчинит его их воле. Увидим! — Сэм подавился слезами. — Не унывай! Доверяй мне, Сэм. Фродо крепче, чем я мог ожидать, хотя Гандальф и намекал мне. Он не убит, и, думаю, будет сопротивляться злой силе раны дольше, чем враги ожидают. Я сделаю всё, что смогу, чтобы помочь ему и излечить. Береги его, пока я не вернусь!
Он быстро снова исчез в темноте. Хотя боль от раны медленно усиливалась, Фродо задремал; от плеча к боку и по руке распространялся мертвенный холод. Друзья старались обогреть его и промывали рану. Медленно и тяжело длилась ночь. Разгоралась заря, их убежище наполнялось бледным светом, когда вернулся Странник. Он воскликнул:
— Поглядите-ка, — наклонился и поднял с земли до того скрытый темнотой чёрный плащ. На фут от нижнего края был разрез.
— Это след от меча Фродо. Больше ничем он и не навредил врагу. Ему невозможно повредить, а все клинки, коснувшиеся этого Короля Страха, исчезают. Опаснее для него было имя Эльберет. А для Фродо опаснее всего это, — он снова наклонился и подобрал длинный тонкий нож, блёкло светившийся. У конца лезвие было зазубрено, а самый кончик — отломан. С ошеломлением все увидели, как лезвие, едва его коснулся дневной свет, растаяло и исчезло, как дым, а у Странника осталась лишь рукоять.
— Алас! Так вот этим проклятым ножом нанесён удар! Немногие в наши времена умеют излечивать такие раны. Я сделаю то, что смогу.
Он сел, положил рукоять на колени и пропел над ней медленное заклинание на необычном языке. Отложив его, Странник повернулся к Фродо и тихо сказал несколько слов, которые не уловили остальные. Из мешка на поясе он вынул длинные листья.
— За этими листьями я ходил далеко, потому что это растение не встречается в ближних холмах. Только в зарослях к югу от Дороги я обнаружил его по запаху, — он размял лист в пальцах, и вокруг распространился сладкий, но острый запах, — Удача, что нашёл; это целительная трава, привезённая Людьми с Запада в Средиземье. Ателас, как они её называли, теперь растёт очень редко, только там, где они жили или останавливались надолго. На Севере эту траву сейчас знают немногие из тех, кто бродит в Диких пустошах. Возможности её широки, но против подобной раны даже такая целительная мощь может оказаться недостаточной.
Странник бросил листья в горячую воду и омыл ею плечо Фродо. Запахло от отвара освежающе, и остальные успокоились, и мысли их прояснились. Некоторое действие на рану трава всё же возымела, поскольку холод и боль в боку уменьшились, но рука осталась недвижна, Фродо не мог даже поднять её. Теперь он горько жалел о своём глупом поступке и укорял себя за слабоволие; стало ясно, что, надев Кольцо, он следовал не собственному желанию, но повелению врагов. Фродо подозревал, что может остаться увечным на всю жизнь. К тому же, как теперь они продолжат путь? Ведь он едва стоит на ногах.
Тем временем остальные обсуждали этот самый вопрос. Сразу же решили как можно скорее покинуть Ветровую Вершину. Странник заметил:
— Я считаю, что враги следили за этим местом некоторое время. Если Гандальф был здесь, его выгнали силой. Он больше не вернётся. С нападения прошедшей ночью мы здесь будем в опасности в темноте. Вряд ли где-нибудь ещё мы окажемся в большей опасности.
Когда совсем рассвело, они наскоро поели и собрали вещи. Фродо не способен был идти, поэтому его посадили на пони, а большую часть багажа разделили на четверых. За прошедшие несколько дней бедное животное стало толще и сильнее, теперь пони выказывал привязанность к новым хозяевам, особенно к Сэму. Билл Ферни, по-видимому, обращался с пони так, что даже путешествие по Диким Землям казалось ему лучше прошлой жизни.
Начали путь на юг, причём приходилось пересечь Дорогу. Тем не менее, это единственный способ как можно скорее вступить в лесистые земли. Необходимо было топливо, ибо Странник считал, что Фродо нужно находиться в тепле, особенно по ночам; при этом огонь мог стать для всех них в некотором роде защитой. Вдобавок Странник таким образом планировал срезать ещё одну петлю Дороги, которая к востоку от Ветровой Вершины выгибалась большим крюком на север.
Медленно и осторожно путники обогнули юго-западные склоны холма и скоро достигли обочины Дороги. Ни единого признака Всадников. Едва они пересекли Дорогу, как услышали два выкрика: довольно далеко один жуткий голос звал, а другой такой же отвечал. Дрожа, они поспешили к зарослям. Впереди земля полого опускалась к югу; ни тропинки; кусты и низкорослые деревья росли плотными островками, между которыми оставались обширные голые участки. Редкая грубая трава уже была сера, а в зарослях листья увяли и обсыпа́лись. Удручающие места, путь по которым тянулся медленно и безрадостно. Идти было тяжело, и говорили поэтому мало. Фродо с грустью смотрел, как хоббиты бредут, опустив головы и сгорбившись под тяжёлой ношей. Казалось, даже Странник изнурён и немного упал духом.
Рана Фродо разболелась раньше, чем закончился первый переход, но он ещё долго никому об этом не говорил. За четыре дня пейзаж вокруг изменился мало, разве что Ветровая Вершина позади медленно погружалась, а Горы понемногу плыли ближе. После тех криков на Дороге ничто не указывало, что враги заметили их путь или преследуют. Путники страшились ночных часов и выставляли караул по парам, ожидая в любой момент увидеть подкрадывающуюся чёрную тень, неверно освещённую мутной за облаками луной. Однако караульные ничего не замечали, и в темноте только ветер шелестел травой и листьями. Не единожды они чувствовали тот ужас, который предшествовал нападению Всадников на лощину у Вершины. Было бы слишком просто считать, что Всадники совсем потеряли их след. Может быть, они просто устраивают засаду на открытом месте?
В конце пятого дня почва снова стала подниматься. Они выбирались из широкой и мелкой долины на северо-восток, куда теперь повернул Странник. На шестой день поднялись на вершину пологого склона и увидели впереди множество поросших лесом холмов. Внизу Дорога извивалась вдоль подножий, справа река блестела серо под лучами бледного солнца, а вдалеке другая река скрывалась в туманном скалистом ущелье.
— Нам придётся на некоторое время вернуться на Дорогу, — сказал Странник. — Мы достигли Седой реки, Митэйтел, как называют её Эльфы. Она течёт из Эттенских Пустошей к северу от Ривенделля, из мест, населённых троллями. На юге в неё впадает Шумящий Поток, после чего некоторые называют её Серым Болотом — огромным зеркалом мелких вод, которые с трудом добираются до Моря. От самых истоков через реку нет переправы, кроме Последнего Моста, сделанного для Дороги.
— А что там вдали за река? — спросил Мерри.
— Тот самый Шумящий Поток, Бруинен, как зовут его в Ривенделле. Дорога на протяжении многих миль вьётся вдоль холмов от Моста до Переправы Бруинен. Но я пока не думал, как нам переправиться через Поток. Всё по порядку! Изрядная удача, если Последний Мост свободен для нас.
Рано утром следующего дня они снова подступили к Дороге. Сэм со Странником, отправившись вперёд, не заметили следов ни пеших, ни конных. У подножия холмов прошёл дождь, уничтоживший все отпечатки, и было то два дня назад, как расчёл Странник. С тех пор здесь не проехал ни один всадник.
Со всей возможной скоростью они поспешили вперёд и милю-две спустя увидели в конце длинного некрутого спуска Последний Мост. На нём ни одной чёрной фигуры, которых они так боялись встретить. Странник укрыл остальных в густых кустах и отправился на разведку. Вскоре он вернулся.
— Ни следа врагов, и я не понимаю, почему. Я нашел там нечто странное.
Он вытянул руку, на ладони которой лежал бледно-зелёный камень.
— Я нашёл его в грязи посередине Моста. Это берилл, камень Эльфов. Может быть, его обронили, может быть, положили намеренно, и это укрепляет мою надежду. Пусть будет знаком для нас, что Мост свободен. Но после него я не пойду по Дороге, если не будет более ясного знака.
Путники пересекли Мост, не услышав ни единого постороннего звука. Только вода журчала под тремя его большими арками. Через милю слева на север открылось ущелье в холмах. Туда Странник и свернул, и вскоре они затерялись среди тёмных деревьев на тропе, вьющейся у подножий угрюмых холмов. Хоббиты были рады оставить позади невесёлые заросли и опасную Дорогу; всё же эти новые земли казались пугающими и недружелюбными. Холмы всё возрастали впереди.
Там и тут на вершинах и хребтах показывались древние каменные стены и разрушенные башни, вид у которых был устрашающий. Фродо не приходилось шагать, у него оставалось время осмотреться и поразмыслить. Он вспомнил историю путешествия Бильбо, жутковатого вида башни на холмах к северу от Дороги рядом с Лесом Троллей, в котором произошло первое настоящее приключение Бильбо. Фродо догадался, что они теперь в тех самых местах и могут даже оказаться на той самой поляне. Он спросил:
— Кто здесь живёт? И кто построил эти башни? Тролли?
— Нет, — ответил Странник. — Тролли не строят. Ума у них маловато. Вокруг никто не живёт. Несколько веков назад тут были Люди, но до наших дней никого не осталось. Рассказывают, что они стали злыми людьми, потому что попали под тень Ангмара. В той войне, в которой пало Северное Королевство, всё и здесь было разрушено. До сих пор над здешними местами лежит тень, но то было так давно, что даже холмы забыли.
— А ты где всё это узнал? — спросил Пиппин. — Если холмы забыли, а птицы и звери не рассказывают легенд.
— Потомки Элендила не забывают. А в Ривенделле известно ещё больше, чем я мог бы рассказать.
— Ты там часто бываешь? — спросил Фродо.
— Я некоторое время там жил, и возвращаюсь, когда хочу. Сердце моё осталось там, но мне, по-видимому, не суждено жить в мире и покое даже в чудесном Доме Эльронда.
Холмы стали обступать путников. Дорога направлялась к Бруинену, но ни та, ни другой не были больше видны. Теперь они шли длинной, глубоко и ровно вырезанной долиной, тёмной и тихой. Наверху стоял бор, и с крутых обрывов старые деревья свешивали узловатые корни.
Хоббиты устали. Продвижение давалось медленно, потому что пришлось выбирать путь среди диких бездорожных земель, упавших деревьев и каменных осыпей. Как можно дольше они ради Фродо старались избегать подъёмов, из-за чего теперь было очень трудно найти выход из глубоких долин. Уже два дня они пробирались среди холмов, когда погода переменилась и стало сыро. Ветер теперь беспрерывно дул западный, принося влагу далёких Морей, и обильно мочил тёмные холмы мелким постоянным дождём. К вечеру путники основательно промокли, а на стоянке не могли разжечь огонь. Ночь прошла безотрадно. На следующий день холмы круто росли перед ними, вынуждая свернуть с нужного пути на север. Странник выказывал беспокойство, поскольку шёл уже десятый день с того, когда они покинули Ветровую Вершину. Запасы провианта таяли. Продолжался дождь.
На ночь расположились на скалистом уступе, замкнутом высоким обрывом. Там оказалась пещерка, скорее даже просто выемка в скале, словом, хоть какое-то убежище. Фродо не знал отдыха, холод и сырость делали рану болезненной, как никогда. Боль и жуткий холод распространялись шире всю ночь. Он ворочался, со страхом прислушиваясь к ночным звукам: шуму ветра среди скал, каплям воды, грохоту срывающихся камней. Вдруг на него нашло чувство, что тёмные тени пробираются, чтобы захватить его, но когда Фродо сел, то не увидел ничего, кроме ссутулившегося Странника, который сидел к нему спиной, курил трубку и сторожил. Фродо лёг снова и забылся тяжёлым сном, в котором бродил по траве в своём саду в Шире, но всё вокруг было тускло и размыто, едва ли чётче, чем высокие чёрные тени, наблюдавшие за ним из-за ограды.
Когда утром Фродо проснулся, дождь перестал. Плотные облака рассеивались, и на небе появлялись тонкие блёкло-голубые полоски. Ветер усиливался. На этот раз они начали переход не столь рано. После скудного и холодного завтрака Странник велел им оставаться в скалистом укрытии, а сам ушёл, собираясь, если получится, забраться повыше и осмотреться вокруг.
Вернулся Странник не слишком успокоенный.
— Мы зашли слишком далеко на север, нужно найти путь обратно к югу. Дальше лежат Эттенские Пустоши, которые далеко севернее Ривенделля. Они мало мне известны и, к тому же, населены троллями. Возможно, нам и удастся пройти их и добраться до Ривенделля с севера, но это будет слишком долго. Я не знаю пути, а наш запас провианта нельзя растягивать вечно. Так или иначе, наш путь лежит к Переправе Бруинен, и нужно найти туда дорогу.
Остаток дня пришлось карабкаться по скалистым склонам. Обнаруженный перевал между двумя холмами привёл в длинную долину, тянувшуюся в желаемом направлении — к юго-востоку. К вечеру же путь оказался снова перегорожен высоким хребтом, вершины которого, словно зубья испорченной пилы, темнели на фоне неба. Либо отступить, либо взобраться.
Решили перейти хребет, что оказалось трудно. Довольно скоро Фродо пришлось спешиться, и даже так они часто отчаивались провести наверх пони или найти дорогу для самих себя со всем грузом. Когда достигли вершины, свет почти угас, а все они едва не падали от усталости. Путники теперь стояли на узкой седловине между двух пиков. Немного впереди был крутой спуск. Фродо, дрожа, упал наземь. Левую руку он не ощущал, а на левые плечо и бок словно положили ледяную лапу. Камни и деревья вокруг казались тёмными и расплывчатыми.
— Мы не можем продолжать, — сказал Мерри. — Для Фродо это будет слишком. Я смертельно за него боюсь. Что нам делать? Смогут ли его вылечить в Ривенделле, если мы вообще туда доберёмся?
— Увидим, — ответил Странник. — В Диких Землях я не могу ничего больше сделать. Единственно из-за его раны я так спешу и беспокоюсь. Но согласен с тобой, сегодня продолжать невозможно.
— Что с моим хозяином? — тихо спросил Сэм, умоляюще глядя на Странника. — Рана его была маленькая, уже закрылась, и не осталось ничего, кроме коротенького белого шрама.
— Фродо коснулось оружие Врага, в котором был яд или злая воля, которые я не в силах изгнать. Но, Сэм, не отчаивайся!
Ночью на гребне высокого хребта было холодно. Под корнями старой сосны развели небольшой костёр, сгрудившись вокруг него. Получилось как в шалаше: корни росли аркой высоко от почвы, будто под ними раньше лежал большой камень. Холодный ветер дул поверх хребта, шумя кронами сосен. В полусне Фродо казалось, что на огромных чёрных крыльях вверху парят преследователи, выискивая его среди пещер, которыми изрыты холмы.
Утро рассветало светлое и приятное; в свежем воздухе разливался мягкий свет промытого осенними дождями неба. Хоббиты ободрились, ожидая солнца, чтобы она согрела промёрзшие руки и ноги. Когда совсем рассвело, Странник, захватив с собой Мерри, отправился осмотреть округу с восточного от перевала пика. Солнце уже засияло в полную силу, когда они вернулись с приятными новостями. Они шли в более или менее верном направлении. Спустившись теперь с хребта, путники оставят Горы слева. Немного впереди Странник заметил проблеск Шумящего Потока, значит, скрытая Дорога теперь недалеко от реки и близко к ним самим.
— Нам снова нужно добраться до Дороги, потому что через эти холмы вряд ли удастся найти тропу. К тому же, как бы ни было опасно, Дорога — единственный способ добраться до Переправы.
Сразу же после завтрака они медленно спустились по южной стороне, что оказалось легче: склон гораздо положе. Фродо вскоре смог взобраться в седло. Старый пони Билла Ферни имел талант аккуратно выбирать дорогу и оберегать всадника насколько возможно от тряски. Настроение у хоббитов улучшалось, и даже Фродо на солнце стало лучше. Всё же взор ему застилала дымка, и он время от времени проводил рукой по глазам. Пиппин шёл немного впереди и вдруг обернулся и крикнул остальным:
— Эй! Здесь тропа!
Он не ошибся. Там начиналась извилистая тропа к лесам внизу. Местами она почти исчезла, заросла или была перегорожена камнями и деревьями, но ранее ею явно часто пользовались. Проложили её мощные руки и тяжёлые ноги. Тут и там старые деревья были срублены или сломаны, гигантские камни раздроблены или отодвинуты.
Они решили воспользоваться тропой, потому что идти по ней было по пути и гораздо легче. Путники, тем не менее, шли осторожно, волнение их нарастало вместе с густотой окружающего леса. Дорога становилась ровнее и шире, а потом вышла из полосы елей, круто спускаясь и резко заворачивая за угол. Повернув, они увидели, как тропа продолжает путь прямо к ровному скалистому обрыву, наверху поросшему деревьями. В каменной стене криво на одной большой петле висела полуоткрытая дверь.
Рядом с дверью они остановились; там была пещера или выдолбленная комната, тёмная, внутри ничего не видно. Странник и Сэм вместе с Мерри изо всех сил толкнули дверь и открыли её немного шире, потом Странник и Мерри вошли. И не стали углубляться далеко от входа, потому что пол был усеян высохшими костями, а больше в комнате не виднелось ничего интересного, только большие пустые кувшины и разбитые котлы.
— Разумеется, это нора троллей! Теперь понятно, кто сделал тропу, — сказал Пиппин. — Выходите оба, нам лучше поскорее скрыться отсюда.
— Я считаю, не сто́ит, — Странник вышел. — Конечно, это нора троллей, но она, кажется, очень давно позабыта. Не стоит так бояться. Просто осторожно продолжим спускаться по тропе и посмотрим.
Дорога от двери продолжилась сначала по ровному месту, а потом свернула вправо на лесистый склон. Пиппин, стараясь не выказывать Страннику свой страх, шёл впереди вместе с Мерри, а Странник и Сэм шли за ними по обе стороны от пони с Фродо, что позволяла ширина дороги — по ней свободно прошли бы четверо, а то и пятеро хоббитов. Вскоре Пиппин и Мерри, оба испуганные, один за другим прибежали к остальным.
— Тролли! — выпалил Пиппин. — Впереди, на полянке. Мы их заметили сквозь заросли. Такие огромные!
— Ну, мы пойдём и посмотрим на них, — Странник подобрал палку. Фродо промолчал, а Сэм испугался.
Солнце поднялась уже высоко, сквозь полуголые ветви освещая поляну яркими пятнам. Они резко остановились на краю и, затаив дыхание, выглянули меж стволов. Там стояли три больших тролля. Один нагнулся, а двое уставились на него. Странник беспечно подошёл к тому, который согнулся.
— Шевелись, старая скала! — и сломал об него свою палку. Ничего не произошло. Хоббиты изумлённо засопели, а потом даже Фродо рассмеялся и сказал:
— Прекрасно! Мы забыли нашу семейную историю! Это те самые трое, которых Гандальф задержал спором о том, как лучше приготовить тринадцать Гномов и одного хоббита.
— Я и понятия не имел, что мы находимся прямо в этом самом месте! — воскликнул Пиппин. Он хорошо знал ту историю, которую Бильбо и Фродо часто рассказывали, но не верил в неё и наполовину. Даже теперь он несколько подозрительно смотрел на камни, словно какое-нибудь волшебство снова может их оживить.
— Вы забываете не только свои семейные предания, но и всё, что знаете о троллях, — сказал Странник. — В разгаре солнечного дня вы стараетесь напугать меня сказками о живых троллях на этой поляне. В любом случае вы могли заметить старое птичье гнездо на одном из них — небывалое дополнение к живому троллю!
Все рассмеялись. Фродо история о первом и удачно закончившемся приключении Бильбо подняла настроение. Теплая и приятная солнце немного разогнала туман перед его зрением. Путники отдохнули на поляне, пообедав прямо у огромных ног тролля.
— Может быть, кто споёт, пока солнце высоко? — сказал Мерри после обеда. — Мы не слышали ни песни, ни хорошей сказки уже давно.
— Да, с тех пор, как остановились у Ветровой Вершины, — подтвердил Фродо, потому что все смотрели на него. И добавил. — Что вы на меня смотрите? Я чувствую себя лучше, но вряд ли смогу петь. Сэм может что-нибудь раскопать.
— Постарайся, Сэм! — подхватил Мерри. — У тебя в голове спрятано гораздо больше, чем ты изволишь показывать.
— Я не знаю, о чём, — ответил Сэм. — Наверное, это подойдёт. Совсем не то, что я назвал бы настоящей поэзией, разве что немного чепухи. Вот эти камни мне её припомнили.
Он поднялся, словно в школе, заложил руки за спину и начал петь на старый мотив:

(песня Сэма о трёх Троллях)

— Да, это наглядный урок всем нам, — рассмеялся Мерри. — Всё равно, как Странник взял палку, а не просто показал нам рукой.
— Откуда это, Сэм? — спросил Пиппин. — Я не слыхал эти стихи раньше, — Сэм пробормотал что-то неразборчивое.
— Сам и выдумал, разумеется, — сказал Фродо. — В этом путешествии я много узнал о Сэме Гамджи. Начал он заговорщиком, теперь стал шутом, а закончит Кудесником или Воином!
— Надеюсь, нет, — ответил Сэм. — Не хочу быть ни тем, ни другим.
В полдень они продолжили идти среди лесов. Вероятно, по тому самому пути, которым много лет назад воспользовались Гандальф, Бильбо и Гномы. Через несколько миль достигли вершины высокого обрыва у Дороги, которая давно рассталась с узкой долиной Седой реки и вилась к востоку у самого подножия холмов среди лесов и поросших вереском склонов к Переправе, а потом дальше, к Горам. Спускаясь, Странник указал на лежащий в траве камень, на котором виднелись грубо высеченные и пострадавшие от непогоды руны Гномов и их секретные знаки.
— Вот как! — заметил Мерри. — Видимо, под этим самым камнем спрятано золото троллей. Сколько же осталось у Бильбо, а, Фродо?
Тот смотрел на камень, желая, чтобы Бильбо не приносил домой сокровищ более опасных, от которых было бы ещё труднее избавиться...
— Ничего. Бильбо всё раздал. Ему оно казалось... не совсем ему принадлежащим, полученным, в общем-то, бесчестно, грабежом...
На Дороге под вечерними тенями было спокойно, ни признака каких-нибудь других путешественников. И ни признака иного пути для них самих, так что путники спустились и зашагали влево со всей возможной скоростью. Солнце скоро скрылась за грядой холмов. С Гор впереди задул холодный ветер.
Уже начали искать место для ночлега в стороне от Дороги, как услышали нечто, что вернуло им все прошлые страхи. Щёлкание копыт. Из-за многочисленных извивов Дороги оглянуться далеко назад не было возможности. Быстро они сошли с Дороги и, миновав поросшую вереском поляну забрались в густые заросли орешника. Потом выглянули на серую в меркнущем свете Дорогу. Звук приближался: быстрое цоканье с неясным призвуком, который вдруг превратился в позвякивание небольших колокольчиков. Фродо прислушался.
— Не похоже на лошадь Чёрного Всадника!
Хоббиты готовы были согласиться, но смотрели всё так же подозрительно. Их так давно преследовали, что любой звук стал казаться зловещим. Странник же приклонился к земле, приложил ладонь к уху и повеселел.

Tags: tlotr
Subscribe

  • Пара столов, часть 1 - подстолья

    Люблю столы, потому что это рабочие поверхности, и люблю, соответственно, столы большие. И люблю столы прочные, потому что вся ламповая техника,…

  • Ящик модульный с крышкой

    Уже больше десяти лет назад я выработал себе стандартный модульный ящик 1×1×1 размерами 150×200×400, исходя из которого делал…

  • Заточное всякое

    Есть у меня (очень хотелось бы написать „у нас“, но дед умер) старая-старая и довольно задрипанная тумбочка, которая испокон веков…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments