elrond1_2eleven (elrond1_2eleven) wrote,
elrond1_2eleven
elrond1_2eleven

Category:
  • Mood:
  • Music:

Властелин Колец (1, 3, б)

Двое отбежали влево, спустились в небольшое углубление и распластались там. Фродо секунду колебался: любопытство или что-то ещё боролось с желанием спрятаться. Цокот приближался. Вовремя он прыгнул в траву позади дерева, притенявшего дорогу. Затем он приподнял голову и осторожно выглянул из-за большого корня.
Из-за угла показалась чёрная лошадь, не пони, а большая лошадь; на ней сидел высокий человек, пригнувшийся в седле, обёрнутый длинным чёрным плащом с таким же капюшоном, так что виднелись только ботинки в стременах; лица его не рассмотреть в тени.
Достигнув дерева и поравнявшись с Фродо, лошадь остановилась. Всадник сидел неподвижно, приклонив голову и как бы прислушиваясь. Из-под капюшона послышался шум, будто он принюхивался к какому-то неуловимому запаху, голова поворачивалась из стороны в сторону.
Неожиданно беспричинный страх овладел Фродо, и он подумал о Кольце. Он едва смел дышать, желание достать Кольцо стало таким сильным, что рука его медленно двинулась к карману. Хотелось лишь надеть его, и тогда быть в безопасности. Советы Гандальфа казались бессмысленными. Бильбо ведь пользовался Кольцом.
„И я пока в Шире“, — думал он, касаясь цепочки, на котором оно висело. В этот момент всадник сел прямо и дал шпоры; лошадь тронулась, сперва медленно, а потом переходя на рысь.
Фродо подполз к краю дороги, следя за всадником, пока он не скрылся вдали. Казалось, что прежде чем он исчез из виду, лошадь рванула в лес справа, но Фродо не был уверен.
„Ну, я бы назвал это очень странным и, конечно, тревожным случаем“, — подумал он, приближаясь к спутникам. Пиппин и Сэм лежали в траве и ничего не видели; поэтому Фродо описал всадника и его странное поведение.
— Не знаю почему, но я точно чувствовал, что он выискивает или вынюхивает меня; и я не желал, чтобы он меня нашёл. Никогда раньше не видел и не чувствовал такого в Шире.
— Какое дело большим Людям до нас? — сказал Пиппин. — И почему он приехал в эти края?
— В Южной Четверти недавно случились неприятности с каким-то Большим Народом, — сказал Фродо. — Но я никогда не слышал о ком-нибудь похожем на этого всадника. Не могу и предположить, откуда он.
— Извините, — вставил Сэм, — я знаю, откуда он явился. Из Хоббитона, если их не больше одного. И знаю, куда он направляется.
— Ну-ка, ну-ка, — сказал, запинаясь и в большом изумлении, Фродо. — Что же ты не говорил раньше?
— Только что вспомнил, сэр. Дело было так: когда я вчера вернулся в свою нору с ключом, отец мне и говорит: здравствуй, Сэм, говорит, а я думал, вы с мистером Баггинсом ушли ещё утром. Странный человек расспрашивал о мистере Баггинсе из Тупика, и он только что ушёл. Я послал его в Баклбери. Не то чтобы он мне понравился. Прямо разозлился, когда я сказал, что мистер Баггинс покинул старый дом чуть раньше его явления. Аж фыркнул на меня. Я даже вздрогнул. Тут я и спрашиваю Гаффера: что это за птица? Не знаю, он говорит, это был не хоббит. Высокий и чёрный, и склонился надо мной. Я думаю, один из Большого Народа, из дальних стран. Говорил он необычно.
Я, сэр, не мог слушать больше, потому что вы меня ждали, да и не хотел особенно. Гаффер старый, плохо видит, должно быть, уже стемнело, когда тот человек поднялся на Холм и нашёл его отдыхающим на свежем воздухе. Надеюсь, ничего плохого мы не сделали.
— Гаффера нечего винить, — сказал Фродо. — Я сам слышал, как он говорил с путником, который интересовался мною, и почти уже собрался подойти и спросить. Жаль, что не сделал, и что ты не рассказал мне раньше. Я тогда был бы осторожнее на дороге.
— Да может быть, Гафферов путник и не связан с этим всадником, — отозвался Пиппин. — Мы покинули Хоббитон тайно, и не представляю, как он за нами последовал.
— Может быть, учуял, — ответил Сэм.
— Хотел бы я дождаться Гандальфа, — пробормотал Фродо. — Но это могло и ухудшить наши дела.
— Ты знаешь, или догадываешься об этом всаднике? — спросил Пиппин, услышавший эти слова.
— Не знаю, и гадать не буду.
— Хорошо, кузен Фродо, храни свои секреты, если хочешь выглядеть таинственным. Вообще, что мы делаем? Хочется ужинать, но почему-то кажется, что лучше нам уходить отсюда. Твои нюхающие всадники с невидимыми носами меня беспокоят.
— Да, стоит двинуться сейчас же, — сказал Фродо. — Но не по дороге, вдруг всадник вернётся или за ним будет другой? Нужно сделать добрый переход сегодня. Бакленд далеко.
Тени деревьев лежали на траве длинные и тонкие, когда они пошли опять, на расстоянии брошенного камня слева от дороги, стараясь быть невидимыми оттуда. И это им мешало: трава выросла жёсткая и высокая, земля неровная, а деревья собрались в густые заросли.
Красная солнце закатывалась за холмы позади них, и вечер наступил раньше, чем трое вернулись на дорогу там, где она шла прямо несколько миль. В конце этого куска тропа уходила влево к низменностям Йейла и дальше к Стоку, и в этом месте вправо ответвлялась тропинка, петлявшая сквозь древний дубовый лес к Вудхоллу.
— Эта дорога для нас, — решил Фродо.
Недалеко от перекрёстка повстречался исполинский скелет дерева: оно до сих пор жило, и листья росли на маленьких веточках вокруг обломанных огромных сучьев; внутри же гигант оказался пуст, а большая трещина — вход в дупло — была на противоположной дороге стороне ствола. Хоббиты заползли внутрь, усевшись на полу из сухих листьев и трухи. Они отдохнули и легко поужинали, разговаривая тихо и временами прислушиваясь.
Сумерки лежали, когда трое прокрались к тропе. Западный ветер шумел в ветвях. Шелестели листья. Медленно и неуклонно дорога погружалась во тьму. Перед ними, на востоке, зажглась над деревьями звезда. Шли они шеренгой молча и в ногу, чтобы не сбить дыхание. Немного спустя, когда звёзды разгорелись ярче, беспокойство покинуло их, прислушиваться к цокоту копыт перестали. Они начли напевать, как делают хоббиты в походе, особенно если приближаются к дому ночью. Для большинства походной становится песня о хорошем ужине или мягкой кровати; но эти трое мурлыкали дорожную песню (хотя и не без упоминания об ужине и постели, конечно). Напев этот стар, как холмы, а Бильбо сложил слова и научил Фродо, когда они бродили по тропам долины Воды и говорили о Приключении.

(Включить перевод стихов)

Песня закончилась: „(повтор последней строки)“, — громко спел Пиппин.
— Тихо! — сказал Фродо. — Я опять слышу копыта.
Они резко остановились, замерев тихо, как тени, прислушиваясь. Копыта цокали по дорожке позади, но медленно, доносясь с ветром. Тихо и скоро они исчезли с дороги, отбежав в глубокую тень под дубами.
— Не слишком далеко, — сказал Фродо. — Я не желаю быть замеченным, но сам хочу видеть, если это ещё один Чёрный Всадник.
— Хорошо, хорошо! — сказал Пиппин насмешливо. — Но не забывай о нюхе!
Копыта приближались. Не хватало времени найти лучшего убежища, чем просто полная тьма под деревьями; Сэм и Пиппин спрятались за большим стволом, а Фродо за другим, несколькими ярдами ближе к дороге, полоской бледно-серого света лежавшей среди леса. Звёзды сияли в небе, но луны не было.
Цокот прекратился. Фродо увидел что-то тёмное, прошедшее меж двух деревьев и остановившееся. Выглядело, как тень лошади, сопровождённая тенью поменьше. Тень остановилась прямо в том месте, где они сошли с дороги, оглядываясь по сторонам. Фродо послышалось сопение. Тень спешилась и пошла прямо к нему.
Ещё раз желание надеть Кольцо овладело Фродо, и ещё сильнее, чем тогда. Такое мощное, что рука зашарила в кармане прежде, чем он это понял. В этот момент донеслась песня вместе со смехом. Чистые голоса разносились в звёздном воздухе. Тень остановилась и отступила, взобралась на чёрную лошадь и исчезла в темноте на другой стороне дороги. Фродо с облегчением выдохнул.
— Эльфы, — воскликнул Сэм громким шёпотом. — Эльфы, сэр! — он бросился бы из-под деревьев к голосам, если бы они его не удержали.
— Да, Эльфы, — сказал Фродо. — Можно встретить их в Лесном Тупике. Они не живут в Шире, но весной или осенью путешествуют из своих стран далеко за Дальние Холмы. И я так им благодарен! Вы не видели, но Чёрный Всадник стоял прямо здесь, перед нами, когда началась песня. И услышав голоса, он сбежал.
— А что же Эльфы? — Сэм был слишком взбудоражен, чтобы беспокоиться о всаднике. — Можно нам встретить их?
— Прислушайся! Они идут этой дорогой. Нужно только подождать, — песня приближалась. Один звонкий голос выделялся среди остальных, певший на языке Эльфов, который Фродо знал мало, а остальные о нём вообще понятия не имели. Вскоре звуки с мелодией стали слагаться в слова, которые они могли понять лишь частью. Вот что услышал Фродо:

(Песня Эльфов)

Песнь окончилась.
— Это Высшие Эльфы, — сказал Фродо изумлённо. — Они пели об Эльберет! Из Счастливого Народа немногих видели в Шире. Мало их осталось во всём Средиземье, восточнее Великого Моря. Это необычайная удача.
Хоббиты сели в тени на обочине дороги. Через некоторое время Эльфы спустились по тропе в долину, проходя медленно. Хоббиты видели сияние звёздного света в их волосах и глазах. Они не несли огней, ибо свет не вышедшей из-за холмов луны, казалось, собирался вокруг их ног. Шли молча, а когда хоббитов миновал последний Эльф, он обернулся, взглянул на них и улыбнулся.
— Привет, Фродо! Поздно гуляете. Или, может быть, заблудились? — воскликнул он, а затем позвал остальных, которые тут же собрались в круг.
— Вот удивительно! Три хоббита в лесу ночью! Такого не было с тех пор, как Бильбо ушёл. И что же это значит?
— Это значит, Счастливый Народ, что нам с вами по дороге, — отвечал Фродо. — Я люблю гулять под звёздами. И с радостью присоединился бы к вам.
— А нам никто и не нужен, хоббиты такие скучные, — смеялись Эльфы. — И с чего ты взял, что нам по дороге, если не знаешь, куда мы идём?
— А откуда вы знаете, как меня зовут? — отозвался Фродо.
— Мы много знаем. Часто видели тебя с Бильбо, хоть вы нас и не могли заметить.
— Кто вы, и кто среди вас старший? — спросил Фродо.
— Я — Гильдор, — отвечал их вождь, который и приветствовал хоббитов первым. — Гильдор Инглорион из Рода Финрода. Мы уходим, большинство наших родичей уже отбыли, и лишь мы немного задерживаемся здесь, но должны вернуться за Великое Море. Хотя некоторые из нашего Народа всё ещё мирно живут в Ривенделле. А теперь, Фродо, расскажи нам, что ты делаешь, ибо мы видим на тебе тень страха.
— Мудрый Народ! — нетерпеливо перебил Пиппин. — Расскажите о чёрных всадниках!
— О Чёрных Всадниках? — повторили они тихо. — Почему вы о них спрашиваете?
— Потому что два Чёрных Всадника догнали нас, или один сделал это два раза, — ответил Пиппин. — Минуту назад он ускользнул, когда вы приблизились.
Эльфы не отвечали сразу, тихо посоветовавшись на своём языке. Наконец Гильдор обернулся к хоббитам.
— Мы не будем говорить о них здесь. Вам лучше идти с нами. Не в наших это привычках, но раз уж мы встретились и нам по дороге... И заночуете с нами, если хотите.
— Счастливый Народ, это удача, на которую я и не рассчитывал, — сказал Пиппин. Сэм стоял, безмолвный.
— Благодарю тебя, Гильдор Инглорион, — сказал Фродо, кланяясь. — Elen síla lúmenn omentielvo[1], — добавил он по-эльфийски.
— Осторожно, друзья! Не проговоритесь о секретах! — воскликнул, улыбаясь, Гильдор. — Он знаток Древнего Языка. Бильбо — хороший учитель. Приветствую Друга Эльфов! — сказал он, кланяясь Фродо. — Присоединяйся вместе со своими спутниками. Пойдётё в середине, чтобы не отстать. Вы наверняка утомитесь прежде, чем мы остановимся.
— Почему же? И куда вы идёте? — спросил Фродо.
— Ночью мы пройдём в леса, растущие на холмах выше Вудхолла. Эти несколько миль с хорошим отдыхом в конце сократят вам завтрашний переход.
Они снова зашагали молча, словно слабо мерцающие тени: иные Эльфы могут при желании ходить беззвучно ещё лучше хоббитов. Пиппин скоро стал засыпать и раз или два запнулся, но рослый Эльф каждый раз поддерживал его под руку. Сэм шёл рядом с Фродо, как во сне, на лице его одновременно были и страх, и радость.
Лес становился плотнее, деревья росли молодые, но большие; дорога спускалась между холмов, и по сторонам её попадались густые чащи. В конце концов, Эльфы свернули с дороги. Зелёная тропа, почти невидимая в зарослях справа, повела их в лесистые склоны и на верхушку отрога холма, стоявшего посреди низкой речной долины. Неожиданно они вышли из-под тени деревьев на серую в ночи покрытую травой поляну. С трёх сторон её теснили деревья, а с востока замыкал крутой обрыв, и верхушки крон, росших у его подножия, были у них под ногами. За обрывом тусклы и ровны были под звёздами низкие земли. Рукой подать до огоньков деревни Вудхолл.
Эльфы сели на траве, тихо переговариваясь, словно и не замечая хоббитов. Фродо и его спутники завернулись в плащи и одеяла, и дремота овладела ими. Огни в долине гасли. Пиппин заснул на зелёной кочке вместо подушки.
Высоко на востоке сияли Реммират, Прекрасные Звёзды, медленно из тумана поднимался алый Боргил, пылая огнём. Несколькими дуновениями ветерка всю завесу тумана унесло, и над миром взошёл Небесный Рыцарь Менельвагор, сияя своим поясом. Эльфы запели. Неожиданно под деревьями зажёгся огонь.
— Идите к нам! — позвали хоббитов эльфы. — Пришло время для беседы и веселья!
Пиппин, дрожа, сел и протёр глаза.
— Там костёр, и ужин для голодных гостей, — указал стоявший перед ним эльф.
На южном крае поляны открывался вход. Зелёный ковёр углублялся в лес, образуя широкое пространство, словно залу, покрытую ветвями деревьев. Мощные стволы их колоннами стояли с каждой стороны. Посередине пылал костёр из валежника, а на стволах-колоннах горели золотые и серебряные огни. Эльфы расселись кругом на траве или на круглых чурках. Некоторые ходили туда и обратно, доставая чашки и наполняя их, другие несли ужин.
— Наш стол беден, — говорили они хоббитам, — потому что мы в лесу, вдали от дома. Если вы будете гостями в наших залах, тогда мы устроим настоящий пир.
— По мне, так вполне годится для Дня Рождения, — отвечал Фродо.
Пиппин и не просил ничего, поглощённый сиянием лиц Эльфов, голоса их, столь различно-прекрасные, погружали его в сон наяву. Он, конечно, не забывал о хлебе, вкусом превосходящем лучшие белые караваи для изголодавшегося; дикие фрукты слаще выращенных в саду; он опустошал чашу, наполненную напитком прохладным, как чистый родник, золотым, как летний полдень.
Сэм не мог описать ни словами, ни представить себе потом то, что думал и чувствовал в ту ночь, ставшую одним из самых главных событий в его жизни. Если он что и рассказывал о ней, то: „Да, сэр, если я способен буду вырастить такие же яблоки, то смогу называться садовником. И всё это было песней, пробравшейся до самых глубин души, если вы меня понимаете“.
Фродо сидел, разговаривая с наслаждением, сосредоточив внимание на словах. Он немного знал по-эльфийски и слушал с жадностью. Снова и снова он заговаривал с теми, кто подносил ему, благодаря на их языке. Эльфы улыбались и говорили, смеясь: „Настоящий бриллиант среди хоббитов!“
Немного спустя Пиппин заснул, его унесли в палатку под деревьями, где он и проспал на мягкой постели остаток ночи. Сэм отказался оставить Фродо, он сел рядом с ним и в конце концов повалился и закрыл глаза. Фродо долго ещё не спал, беседуя с Гильдором.
Говорили о многом, о нынешнем и прошлом, Фродо расспрашивал Гильдора о том, что случалось во внешнем Мире за границами Шира. Новости были в основном грустные и зловещие: собирались Тёмные Силы, Люди воевали, а Эльфы уходили. Фродо задал самый волнующий для него вопрос:
— Скажи, Гильдор, ты видел Бильбо после его ухода?
Гильдор улыбнулся.
— Да. Дважды. Он попрощался с нами на этом самом месте, но я видел его ещё раз, далеко отсюда, — больше ничего он о Бильбо не говорил, и Фродо замолк.
— Что-то ты, Фродо, не говоришь о себе, и не спрашиваешь тоже, — сказал Гильдор. — Я уже знаю немного, и немало смог прочесть в твоих глазах и за твоими вопросами. Ты покидаешь Шир, до сих пор сомневаясь, найдёшь ли то, что ищешь, достигнешь ли того, что наметил, и вернёшься ли вообще. Я прав?
— Да. Но я считал свои намерения тайной, которую знают только Гандальф и преданный Сэм, — он посмотрел на храпящего Сэма.
— Никакие тайны не достигнут ушей Врага через нас, — ответил Гильдор.
— Врага? — сказал Фродо. — Тогда вы знаете, почему я покидаю Шир?
— Я не знаю, по какой причине Враг тебя преследует, но я это замечаю, хоть и считаю странным. И предостерегаю тебя: опасность впереди и позади, и с обеих сторон.
— Ты полагаешь, Всадники? Я боялся, что они слуги Врага. Кто эти Чёрные Всадники?
— Рассказал ли тебе что-нибудь Гандальф?
— Об этих существах — ничего.
— Тогда и я не считаю нужным распространяться, иначе страх удержит тебя от путешествия. Ибо мне кажется, ты выступил вовремя. Нужно поторапливаться, не останавливайся и не возвращайся. Шир более не служит тебе защитой.
— Я не представляю ничего более страшного, чем твои намёки и предостережения! — воскликнул Фродо. — Я знал, что впереди лежит опасность, но не ожидал встретить её в своём Шире. Может ли хоббит спокойно пройти от Воды до Реки?
— Но Шир — не твоя собственность. Здесь жили до хоббитов, и другие будут жить здесь, когда хоббитов уже не будет. Мир вокруг тебя, ты можешь отгородиться от него, но он не отгородится от тебя навсегда.
— До сих пор так было так безопасно и удобно. Что мне теперь делать? Я намеревался тайно покинуть Шир и следовать в Ривенделль; но теперь мои следы обнаружены раньше, чем я прибыл в Бакленд.
— Я думаю, тебе следует придерживаться своего плана. Вряд ли дорога окажется слишком трудной. Если же хочешь ясного совета, спроси Гандальфа. Я не знаю причины твоего похода, не знаю и почему тебя преследуют. Это знает Гандальф. Вероятно, ты должен встретить его, прежде чем покинешь Шир?
— Надеюсь. Но вот что меня беспокоит: я ожидал его много дней, в крайнем случае он должен был прийти в Хоббитон две ночи назад, но так и не появился. Предположить не могу, что случилось. Стоит ли ждать его?
Гильдор помолчал несколько времени.
— Не нравятся мне эти вести. Опоздание Гандальфа не предвещает ничего хорошего. Но не зря говорят: „Не вмешивайся в дела Волшебников, они проницательны и скоро гневаются“. Выбор за тобой — идти или остаться.
— И не зря говорят, — ответил Фродо, — „Не проси совета у Эльфа, он скажет и „да“, и „нет“.
— Неужели такова пословица? — усмехнулся Гильдор. — Эльфы редко дают неосторожные советы, потому что совет — опасный дар, даже данный Мудрым Мудрому. Любой путь может плохо окончиться. Но что же ты? Не сказал мне всего, и как же я могу сделать выбор лучше тебя? Если желаешь совета, то ради дружбы, скажу так: решив, нужно уходить сразу, не задерживаясь; а на тот случай, если не встретишь Гандальфа, я добавлю: не уходи один. Возьми тех, кто желает сам, тех, в ком ты уверен. Теперь же будь доволен, ибо советы я даю неохотно. У Эльфов есть свои заботы и свои огорчения, мы мало связаны с хоббитами, а теперь и с остальными живущими тоже. Редко пересекаются наши пути, будь то случайно или намеренно. В нашей встрече скрыто нечто большее, чем случай, но цель мне не ясна, и я боюсь сказать лишнее.
— Я очень благодарен тебе, но хотел бы ясно узнать, что есть Чёрные Всадники. Приняв твой совет, я рискую долго не увидеться с Гандальфом. Мне нужно знать, что за опасность меня преследует.
— Неужели недостаточно того, что они слуги Врага? — ответил Гильдор. — Избегай их! Не говори с ними! Они смертельно опасны. И не спрашивай меня более! Сердце подсказывает мне, что ты, Фродо сын Дрого, когда всё закончится, будешь знать об этих страшных существах куда больше, чем я, Гильдор Инглорион. Да защитит тебя Эльберет!
— Но где же мне найти храбрость? Больше всего я в ней нуждаюсь.
— Храбрость находят там, где не ожидают и не ищут. Надейся на лучшее! Теперь спи. Утром мы уйдём, но разошлём вести по этому краю. Стражники узнают о вашем путешествии, и те, кто владеет силой, будут на часах. Я нарекаю тебя Другом Эльфов, и пусть звёзды сияют в конце твоего пути! Редко мы так рады чужеземцам, и радостно слышать слова Древнего Языка из уст других народов.
Фродо овладела сонливость, едва Гильдор окончил речь.
— Теперь — спать, — сказал он, и Эльф проводил его в шатёр к Пиппину, где Фродо упал в кровать и сразу погрузился в забытье без снов.


[1] звезда озаряет нашу встречу.

Tags: tlotr
Subscribe

  • О Кольцах Власти и Третьей Эпохе. (4, 5, 6, 7)

    4. И началась в Средиземье Третья Эпоха, после Древних Времён и Чёрных Лет следующая, пора надежд и славы, когда ярки были в памяти времена Союза,…

  • О Кольцах Власти и Третьей Эпохе. (0, 1, 2, 3)

    Поскольку вчерашний день ознаменовался трёхчасовым ожиданием научруководителя, часть „О Кольцах Власти“ выправлена была по недостатку…

  • Акаллабет (2, 3, 4, 5)

    2. В малой скорлупке отплыл Амандил с тремя лишь самыми верными спутниками, сначала на восток, а потом на запад повернув. Все четверо домой не…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments