March 28th, 2020

JRRT&Shklyar

Текущее - сколько-то фактов обо мне

Пожалуй, одной из важнейших черт моего характера следует счесть потерю интереса к освоенному. Как-то чрезвычайно мало у меня есть занятий, которые, с той или иной степенью совершенства освоив, я продолжаю практиковать с прежним желанием. Японские кроссворды, пасьянс freecell, рефлексирование и отмечание глупостей и несообразностей в окружающем мире... Вот и, пожалуй, всё. Я почти перестал писать художественные тексты, поняв, что у меня есть свои слог и стиль, абсолютно перестал фотографировать и рисовать, ограничившись сугубо утилитарными снимками для технических постов и чертежами, забросил каллиграфию, как только понял принципы и создал себе почерк, способный выразить через дукт мои темперамент вообще и сиюмгновенную эмоцию в частности, не теряя разборчивости письма. Шью сейчас переплёты, но шью без огня и желания, от безысходности, просто потому, что не могу больше ничего иного делать руками в чужом каменном мешке на шестом этаже.

Зато чему-то обучаться, что-то осваивать (желательно, абсолютно бесперспективное и непрактичное, вроде всего перечисленного выше, а в будущем хочется и линзы-зеркала пошлифовать, и серебряную фотографию освоить, не говоря уже о механобработке и, чем чёрт не шутит, вождении трамвая) — это да, это всегда, не евши, не пивши, до четырёх утра... 15 лет обучался обучаться — и обучился успешно, фигли. Интериоризировал это, укоренил, как оказывается, перспективную в XXI веке практику непрерывного обучения в сознаниии своём. О какой прозорливый, да?

Тезис был, антитезис последовал, синтезируем:

если же вернуться к тем занятиям, которые я в действительности с прежним желанием практикую (и оно не угасает ни от сознательного отказа, ни с годами, ни даже от перерывов длительностью в годы), нетрудно заметить в них нечто общее — сие способы убить время с наименьшими последствиями. Передо мной стоит задача кума Тыквы, который, как известно, в какой-то момент понял, что должен работать побольше и есть поменьше, иначе куча кирпичей прибавляется слишком медленно. Таков мой метод борьбы с фрустрацией. Если моё желаемое бытиё не имеет материальной основы — придётся её создавать буквально из ничего. Из нелюбимой, но денежной работы, из самоограничения, позволяющего сверх необходимого не больше пары слабостей — книжки, всё больше старые, да два выезда на игрища в год. Тут уж методы убивания времени появляются воленс-ноленс, иначе просто нельзя — времени много, а сил после нелюбимой и потому затратной работы мало, и занимать оное время надо вещами тупыми. Не особенно большой свой запас сил я могу тратить быстро, а потом расплата — много свободного времени. Мощность — как у днепрогэса, но мгновенная, из-за малого коэффициента заполениня импульсов, иллюзорная — днепрогэс-то свою держит уже 80 лет, а если я свою попробую держать хотя бы неделю — свалюсь на два-три месяца, проверено не единожды.

На это наслаивается страх, практически смертельный страх привыкнуть к существующему положению вещей. Его приходится ненавидеть и поддерживать одновременно, и поддерживать ненависть. Замысловатая стекляшка вроде бы спокойно стоит на полке, но на деле это — баланс внутренних напряжений. Внешние воздействия такая конструкция выдерживает, разумеется, плохо, боится их, избегает их, и находится в тревоге.

Так что времена у меня теперь скверные, и конец их как-то не просматривается. Напротив, всё ещё только началось...

Зачем я это написал, кстати, тоже хороший вопрос.